Семь снежинок на ладони

После появления в нашем доме нэйры Оды с Хильдой с каждым годом я всё больше чувствовала себя в гостях, а последнее время – и вовсе чужой на этом празднике жизни.

– В целом ничего против я не имею, но сейчас мне нужно собираться на смотрины к нэрр-герцогу Эльдбергу, – напомнила я.

Сомневаюсь, что папа́ не поделился своими планами с супругой. Он всегда делился. Просто «деление» с мамой давало лучшие результаты.

– Собирайся, конечно. Тебе нельзя опаздывать. Я как раз о смотринах и хотела с тобой поговорить.

У меня сразу руки опустились. Меня ещё замуж не выдали, а она уже пригрела в мыслях мою комнату!

– Да, нэйра Ода.

– Ну я же просила называть меня «мамой». – Она капризно надула губки. Видимо, репетировала сцену для отца. «Она меня ни во что не ставила! А ведь я относилась к ней как к родной!»

Я промолчала: в конце концов, ей же нужно поговорить, – и повесила платье в гардероб.

– Ты должна произвести впечатление на нэрр-герцога. – Как я и ожидала, она не стала тратить время на актёрские этюды.

– Благодарю вас за совет, нэйра Ода.

– Это не совет, неблагодарная девчонка! – Она даже приподнялась на софе. – Ты должна это сделать из уважения к семье, которая тебя взрастила!

«На деньги моих родных родителей», – добавила я про себя.

Я села к туалетному столику, намереваясь заняться лицом.

– Ты меня не слушаешь! – взвилась нэйра Ода, так и подскочив.

– Отчего же? Видите, я готовлюсь производить впечатление. – Я показала рукой на косметику.

– Как хочешь, но ты должна непременно стать его женой! – велела мачеха.

Да хочу я, хочу, но прямо сейчас признаваться в этом было не время и не место. Пусть считает меня мученицей. Ей так приятнее.

– Из-за тебя не может выйти замуж Хильда! – наконец перешла она к главному. И, в общем-то, тут нэйра Ода не погрешила против истины. Младшей сестре не полагалось идти к алтарю раньше, чем мне. Другой вопрос, что и женихи к ней в очередь не стояли.