Селфи на балконе

Корнеев сидит на кресле с пододвинутым к нему журнальным столиком, на котором стоят несколько маленьких коробок. А в руках парень держит цифрозеркалку. Я такую только недавно в рекламе видела. Узнала сразу же.

— Новая игрушка? Покажешь?

Подошла ближе, и увидела, с каким восторгом и азартом Данька смотрит на чудо-технику.

— Я думал, ты отдыхаешь.

Пристроила пятую точку на грядушку кресла и отрицательно помотала головой.

— Не-е-е. Меня до сих пор немного потряхивает от событий этого дня. Не знаю, смогу ли, вообще, уснуть.

— Извини за бабулю. Она все не так поняла, вот и разговорилась. Но, все равно, не стоит забывать про её глаз наметанный.

— В смысле?

— Ну, она с возрастом многое в жизни поведала. Когда отца моего первый раз увидела, сказала: непутевый, но судьба у тебя, Кать, такая. Рассказывала, что сразу поняла, что всю жизнь вместе и проживут. Как ты сама убедилась, ба, оказалась права. А нас с тобой она сразу сосватала. Сковородки ты уже перевезла, так что, осталось дождаться часа х.

— Да эт она так… Ее дома щи ждали, поэтому она, не подумав, ляпнула.

А сама глаза закатила, вспоминая, что там еще ясновидящая бабуля нам говорила. Случайно, про миллион долларов, найденных на безлюдной улице, речи не было? Или же дальний родственник, у которого есть свой собственный остров, в скором будущем не объявится? Даже жаль, что она так мало с нами постояла. Если бы я знала, что у нее глаз особенный, я б ее не отпускала. А то такие возможности, а я кроме, как о женитьбе на барине ничего и не узнала.

Ой, а вдруг и правда…

Чур. Чур. Чур.

Не поменяю я свою благородную фамилию, на какую-то «Корнеевскую».

— Поживем, увидим. Ты ж знаешь, я всегда только «за». Тем большее, не хочу бабулю свою расстраивать.

— Хорошо, Корнеев. Поженимся с тобой, только чтобы ба твоя не переживала.

— Ну, и чем тебе не веский повод?

Было как-то даже непривычно вот так сидеть рядом с Даней и нести всякий бред. Он рассказывал, как две его бабульки воюют между собой, за внимание единственного внука.

— Вот ты жук.

— Я каждой на ушко по секрету говорил, что ее игрушка круче. Они так улыбались, а потом с важным видом косились друг на друга, считая, что другая пролетела.

— А если бы они обсуждать начали?

— Детка, ну, кто же сдаст своего внука? Молчали, как Штирлицы."

"И снова он улыбается какой-то детской улыбкой. Мило так.