Секретные поручения 2. Том 2

Они уже спустились вниз, и швейцар натянул на правую руку кожаную перчатку, намереваясь, очевидно, в случае необходимости принять более решительные меры. И тут Банан вспомнил:

– Во, дядя Сэм!

Швейцар остановился и сощурил глаза.

– Что тебе от него надо?"

"– Пакет передать. И это самое…

Банан попытался как-то иносказательно дать понять, что ему положено вознаграждение за труды, но пока он складывал в уме фразу, швейцар перебил его:

– Где пакет?

Банан достал конверт и нерешительно повертел его в руках.

– Давай сюда, – буркнул швейцар, взял конверт и, поднявшись по ступенькам, скрылся внутри.

Банан почесал в затылке, достал из-за уха окурок и закурил. Приблизился к высоким окнам ресторана. В просвете между тяжелыми шторами с обшитыми бахромой фестонами он увидел в зале швейцара, почтительно склонившегося перед человеком, сидящим за одним из дальних столиков. Тело швейцара почти полностью загораживало от Банана его собеседника, видна была только рука, обхватившая бокал, и край синего манжета.

Сильный удар в плечо заставил Банана прекратить наблюдение. Он отскочил в сторону и тут же упал на спину, споткнувшись о чью-то выставленную ногу. Затылок врезался в обледеневший асфальт, в глазах поплыли звезды. Послышался хохот, кто-то швырнул ему в лицо снег.

– Здравствуй, ж… Новый Год! – проорали над ухом. Он приподнялся и увидел, как группа молодых людей – трое юношей и девушка, – хохоча во все горло, продолжили свой путь к автобусной остановке. Девчонка оглянулась на него: веселая румяная мордашка, белые зубы…

– Иди отсюда! В зоопарк иди!

Банан встал на ноги, кряхтя и постанывая отряхнул снег, осторожно потрогал затылок.

– Эй вы, козлы! – крикнул он вслед уходящей молодежи. – А ну давайте на «стрелку» в «Луну»! Там мы вам живо разбор устроим! Ну что, обоссались?!

Молодые люди только засмеялись в ответ, но на душе у Банана полегчало.

– Видел козлов? – спросил он у вышедшего из бара швейцара. – Я бы их на куски порвал, связываться неохота. А на «стрелку» идти зассали…

Но швейцар скалился себе с верхней ступеньки и непонятно было, над кем он насмехается: над трусливыми юнцами или над ним, Бананом.

– Башка болит, сотрясение мозга, наверное, – пожаловался Банан неизвестно кому и осторожно двинулся по ставшей скользкой аллее.

Зря он послушался Кирьяна.