Седьмая жертва

Поэтому, составляя делегацию поздравляющих, нужно было продумать и этот тактически важный момент. В госпиталь поедут только те, кому есть чем отчитаться. При этом численность делегации не должна быть чрезмерно маленькой, ибо Колобка обмануть трудно, он сразу догадается, что явились только «отличники».

– Колян, ты возглавишь церемонию, – приказал Коротков. – У тебя девять наркоманов раскрылись, ты у нас сегодня герой.

– Так это ж не я, – замахал руками Селуянов, – это Аська его нашла. Что я. Колобку врать должен, что ли? Он же меня спросит, как шла разработка.

– Наврешь что-нибудь, не маленький, – отрезал Юрий. – Не Аську же к нему пускать, у нее с Шутником полный провал. Наша подполковница в прошлый раз от Колобка чуть не в слезах ушла, допек он ее."

"Эти и подобные им разговоры велись уже третий день. Колобка любили и хотели поздравить с праздником все сотрудники, но точно так же все до единого боялись «разбора полетов». Впрочем, боялись – не то слово. «Разбор полетов» происходил ежедневно на оперативных совещаниях, все к ним привыкли и считали само собой разумеющимися, так работали все службы в уголовном розыске.

Но одно дело получать выволочку в кабинете в обычный будний день, и совсем другое – в госпитале, куда ты придешь с цветами, подарками, наилучшими пожеланиями и праздничным настроением. Точно так же, как можно каждый день, морщась и кряхтя, принимать горькое лекарство, понимая, что это необходимо и неизбежно, но если тебе дать пирожное, надкусив которое ты обнаружишь там то же самое горькое лекарство, ты почувствуешь себя обиженным и обманутым. Чувствовать себя обиженным и обманутым в праздничный день не хотел никто. Ибо трудно представить себе сыщика, у которого по всем находящимся в работе делам полный и идеальный порядок. Такого нет и не может быть никогда. По определению.

Селуянов испытывал раздражающее чувство словно бы вины перед Настей Каменской. Она искала своего преступника, а нашла совсем другого, за работу по поиску которого отчитываться ему, Селуянову.

Николай-то отчитается, а вот Настя так и будет маяться со своим любителем маргинального элемента. Ему искренне хотелось как-то помочь, но он не знал как. Единственное, что он мог сделать, это попробовать выяснить все досконально насчет Шувалова. А вдруг окажется, что он не только наркоманов убивал. Ведь есть же у него мотив, есть, не забыл он милиционеров, погубивших его сына, не забыл следователя Образцову.