На одном дыхании!

Все перестало иметь значение, даже то, что в последнее время он был не человеком, а шпицем-мизантропом Доном Карлосом! Вдруг он перестал быть шпицем и сделался мужчиной, совершенно нормальным и полноценным, не боящимся ежесекундно умереть от сердечного приступа.

Он больше вообще ничего не боялся.

Он прижимал ее к себе, целовал, отпускал, чтобы перевести дух, и снова прижимал, и она целовала его, и их шатало из стороны в сторону, и в конце концов что-то откуда-то свалилось им на головы, и оказалось, что свалилась Варина куртка.

Варя отпихнула ее.

Потом тоненько засвистело, и Волошин подумал, что у него звенит в ушах, но свист все не прекращался, только усиливался, словно где-то недалеко дули в свисток. Они оторвались друг от друга и посмотрела по сторонам – он налево, она направо. Никаких свистков. Только дубовые полки с книгами. Ему жалко было терять время на какой-то дурацкий свист, и он взял ее за голову и притянул к себе, но Варя сказала:

– Подожди.

– Да наплевать.

– Нет, это где-то у нас.

– Где… у нас?

– В твоей квартире.

Они опять прислушались и опять посмотрели – она налево, он направо.

– Чайник, Марк! – вдруг вскрикнула Варя. – Мы забыли чайник! Он же у тебя со свистком!

– У меня электрический чайник, а они не бывают со свистком!

– Разве? Не бывают?

И они бросились на кухню, и выключили чайник, стоявший на плите, вовсе не электрический! Пар из него валил так, что окна запотели.

– Где ты его взяла? Я сто лет его не видел!

– Вот тут. На полочке. А что такое?.

Тут им стало очень весело, и они обнялись и хохотали – это же очень смешно, что они забыли про чайник!.. А потом опять начали целоваться, и Волошину это тоже почему-то было очень весело.

Вот никогда в жизни он так весело не целовался, как нынче вечером на собственной кухне с собственной секретаршей!..

И вообще он редко целовался. Даша ничего этого не любила. А может, любила, но как-то так, что он этого не понял. А может, просто его не любила.

Она говорила всегда, что он слишком «правильный» и потому скучный человек, только она говорила не скучный, а «пыльный».

Ты такой же пыльный человек, как твой дедушка с его книжными шкафами!..

Она никогда не видела его деда, но почему-то обожала сравнивать его с Волошиным, как будто Волошин тоже был дед. Или он на самом деле сразу, с самой молодости стал стариком, и она всегда видела в нем только шпица Дона Карлоса?..

Но Варя ничего не знала про шпица и про то, что Волошин «пыльный»!..