Санек 3

— Ты правда веришь, что эти дивизии через три месяца можно будет отправить в бой?

— Не через три месяца, а через полгода. Людей нужно будет обучить, а на это нужно время. Но ты же понимаешь, что война быстро не закончится, слишком сильным оказался противник. Кстати, ты не обижайся, но я напомню, что твои эксперты говорили о модернизированных истребителях, которые нам поставляет парень. А они говорили, что эта техника слишком дорогая и что лучше делать больше, чем лучше. А сейчас выясняется, что против новых мессершмиттов только эти самолеты и могут воевать.

Наши, которые «лучше больше», не тянут. И, заметь, почему-то все сейчас требуют именно цельнометаллические самолеты, а не те, которых больше. Не думаешь, что и с танками будет то же самое?

— Ладно, Лис, не горячись. Оставим мы в покое заводы твоего парня, обойдемся пока без них. Все равно мы не остановим немцев в Польше, придется отступать до нашей границы. Там уже на подготовленных позициях упремся. Но смотри, у тебя сейчас одна задача: через полгода у нас должно быть не меньше двух дивизий, укомплектованных этой чудо-техникой.

Не справишься — спрошу по полной. И поговори с Саньком по поводу увеличения поставок самолетов, нет у нас столько алюминия, чтобы производить их самим.

Конец интерлюдии.

Я не подозревал, какие страсти кипят на родине, и носился по Аргентине как угорелый, решая тьму вопросов. Работал действительно на износ, но и результаты видел, что называется, воочию. Промышленность пусть и медленно, как по мне, но уверенно переходила на предельно возможный режим работы.

Продукция предприятий реально выпускалась какими-то запредельными темпами, и я не раз ловил себя на мысли, что прожил эти годы не зря. Помимо производства пришлось решать и возникшие в ЧВК вопросы. Хорошо хоть, что эти вопросы были скорее положительными, чем действительно напряжными. Удивили, поразили и, чего уж скрывать, порадовали меня прибывшие сюда русские эмигранты. Не все, но большая их часть начала осаждать открытые по всей стране вербовочные пункты ЧВК, требуя принять их на службу и отправить воевать с немцами. "

"Естественно, людей, работающих в промышленности, я брать на службу запретил, но и так буквально за пару недель в ряды ЧВК приняли более пятнадцати тысяч человек только из эмигрантов, то бишь русских парней. Чуть больше набрали аргентинцев, но что больше всего меня удивило, это количество записавшихся американцев в Штатах, где Вяземский тоже открыл вербовочные конторы.