Санек 3

Рассказывать о пребывании в гостях у друзей не стану, все было как всегда. Львиную долю времени я проводил в компании Кристины. Вернее, наверное, будет сказать, что все время мы проводили вместе, за исключением сна, так что пообщаться с кем бы то ни было наедине не представлялось возможным. Да и не нужно мне это было, хотя тёща несколько раз пыталась организовать разговор тет-а-тет. Что она хотела поведать наедине, я так и не узнал, как я уже говорил, это мне неинтересно. Может, конечно, зря я не стал ей помогать в этих её устремлениях, но такой уж я человек.

Неделя, отведенная на Париж, пролетела как один день. Надо ли говорить, что очередное расставание было как серпом по известному месту, и далось мне с немалым трудом. Только и подумал, садясь в поезд: в следующий раз никаких отмазок по поводу возраста невесты в принципе не приму, надоело.

В Москве на вокзале меня встречал Абрам Лазаревич, которого я предупредил о своём приезде заранее, позвонив из Парижа. Конечно, особой необходимости во встрече нет, но ведь гораздо проще уехать с вокзала, когда автомобиль тебя уже ждёт, тем более, что приехал я не один и снова с кучей вещей. Нет, столько подарков, как в прошлый раз, я не тащил, всего пару чемоданов, но учитывая ещё и багаж двух телохранителей, вещей все равно получилось немало.

Абрам Лазаревич за время, пока мы не виделись, сильно похудел и выглядел как загнанная лошадь. На вопрос, что такого могло произойти, что он стал похож на высушенную мумию, он только отмахнулся. Уже по дороге домой дал понять, что позже расскажет и начал засыпать меня вопросами о моих делах. Пришлось рассказывать. Без подробностей, но основными новостями я поделился. Вообще он как-то странно себя вёл, слишком уж суетился и нервничал. Я не стал заострять на этом внимание, но сделал себе отметку выяснить, что здесь творится.

"Дома я не успел даже вещи разобрать и оценить сделанный ремонт, как появились два неразлучных товарища, которые в прошлый раз опекали как родного. Приехали они с кучей подарков в виде серьёзного продуктового набора. Естественно, не обошлось без застолья, во время которого они и поведали мне, несмотря на то, что Абрам Лазаревич не хотел об этом говорить, о причине несвойственного ему поведения.