Лекарь Империи 5

А смерть Борисовой просто ускорила процесс. Теперь их могут убрать окончательно и в любой момент, инсценировав несчастный случай или внезапную остановку сердца.

Но в моих силах это остановить.

Мышкин мчится в изолятор не просто так. Он тоже это понял.

Смерть Борисовой стала для него сигналом, что его единственные оставшиеся свидетели — в смертельной опасности. Мы не просто едем на осмотр. Мы едем наперегонки со смертью, пытаясь успеть получить хоть крупицу информации, пока их не «стерли» окончательно.

— И когда местный патологоанатом ничего не найдет в теле Борисовой, дайте доступ к мне, — задумчиво произнес я.

Местный лекарь может быть некомпетентен. Или подкуплен. Или просто не станет искать следы тонкого яда или магического воздействия, которые не оставляют явных следов. Только я смогу увидеть то, что они попытаются скрыть.

— Ты чересчур самоуверен, Разумовский, — усмехнулся Мышкин. — Но если они действительно ничего не найдут — позову.

Машина свернула в узкий проулок и подъехала к мрачному, серому зданию следственного изолятора Гильдии.

— Ну вот, приехали, — воклинкул Фырк. — Тюрьма, трупы, допросы… Обожаю твою работу, двуногий. Ни одного спокойного дня.

Следственный изолятор Гильдии встретил нас холодом и сыростью.

Серые каменные стены, пропитанные магическими барьерами подавления воли, давили на психику, вызывая неприятное, гнетущее ощущение.

Интересно, какой спектр подавления? Только воля или эфирные потоки тоже? Долгое нахождение здесь может вызывать депрессивные состояния даже у здорового, психически стабильного человека."

"— Веселенькое местечко, — мысленно прокомментировал Фырк, который материализовался на моем плече и ежился, словно от холода. — Прямо курорт для депрессивных.

Мышкин явно нервничал. Здесь он был на чужой территории, где его полномочия инквизитора имели ограниченную силу, уступая власти тюремной администрации.

— У нас не больше часа, — предупредил он тихо, когда мы шли за молчаливым охранником. — Тюремный лекарь, Мастер-целитель Рубин, считает меня идиотом. Уверен, что заключенные симулируют, чтобы избежать наказания. И он будет присутствовать при осмотре.