Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Крепкий узел поводьев развязался будто сам по себе, давая возможность гнусному коняге скакнуть, с разгона ткнуться мордой мне в грудь и облизать щеку. Не знаю, каким чудом удержалась на ногах, а не хлопнулась на пятую точку при всем честном народе, к позору магевского рода. Не иначе как за меня заступилась вырученная вчера ввечеру Миранда Целительница.

– Поди ж ты, ручной и ласковый, как собачонка, – прицокивая языком, удивился Кейр, с восхищением истинного лошадника и белой завистью оценивая стати эльфийского животного.

 – Как ты эдакого коня приручить исхитрилась, магева, неужто чарами?

– Кто кого приручил – еще вопрос, – пробормотала я, взгромождаясь на спину почуявшего свою вину и стоявшего смирней смирного, даже, чтобы мне было удобнее, пригнувшегося в коленях, будто и в самом деле дрессированного, Дэлькора."

"Я машинально потрепала коня по холке, с ужасом предвкушая поездку с сотрясением и отбитием внутренних органов, и, чтобы не оскандалиться на улице, пустила красавцажеребца шагом, проверяя свою способность удерживаться в седле, не воя в голос.

Может, вы решили, что я дура, раз не воспользовалась целительной магией и побыстрому не убрала собственные синяки и шишки? А только я, хоть и умная, ничего со своими болячками поделать не смогла. То ли личная магия на мою персону не действовала, то ли травмы, нанесенные опосредованно магическим образом, исцелению не поддавались. Проверять методом проб и ошибок, какая из версий истинна, совершенно не хотелось, поэтому я отложила это на будущее, когда станет вдосталь времени для эмпирических изысканий и не будет никаких жареных морианцев и разгневанных графов позади.

Между прочим, кошмары о восставших и жаждущих возмездия трупах меня ночью не мучили. Никаких угрызений совести по поводу своих вчерашних действий попрежнему не испытывала, то ли в силу природной черствости души, то ли потому, что подонки, подряжающиеся на убийство ни в чем не повинных, во всяком случае, не повинных перед ними конкретно людей, таких переживаний не достойны.

Словом, на окочурившихся наемников мне было плевать, а что ела я мало, так утром кусок в горло не лезет, для меня главная трапеза дня – обед, вот тогда могу съесть много, даже побольше иного парня, но не сильфа, конечно.

Дэлькор уловил мои намерения и медленно загарцевал по дворику, красиво выбрасывая копыта.