Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Мы все, даже Лорд, изъявивший желание составить компанию, потихоньку выбрались через черный коридор на двор и прошли в конюшни, где у входа переминались с ноги на ногу мужчина и мальчонкаконюший. Примерно посередине длинного ряда стойл прямо на соломе валялся он. Дэлькор, учуяв меня, поднял морду и радостно заржал. Его стойло находилось аккурат напротив лежащего типа. Я набрала полную грудь воздуха, не хватало еще малодушие при посторонних магах проявлять, и решительным шагом приблизилась к толстопузому, перепачканному, словно прополз все окрестные лужи на животе, мужику.

На бледном лбу багровым светом наливался лунообразный отпечаток подковы. К счастью, никакого особенного запаха разложения или крови не наблюдалось, вонь же, обычная, человеческая, была вполне терпимой, вон, даже кони не шарахались. А я что, трусливее лошади?

Отвернувшись от покойника, облегченно выдохнула и сделала заявление для прессы:

– Если его кто и убил, то не мой конь, Дэлькор не подкован! Он эльфийский конь, а эльфы своим лошадям копыта особой смесью покрывают, чтобы не стирались.

Так что можете ноги у других животных пересмотреть, сличить отпечатки и пойти попугать уголовной ответственностью когонибудь другого."

"– Зачем пугать? Этот пьянчуга жив, получил копытом в лоб и заснул мертвым сном, – просветил общество Лорд, едва глянув на «труп» и иронично скривив губы, вероятно, не одобряя пьянства.

– Так вот почему лошади не буянили! Они ж мертвяков завсегда чуют! – схватился за голову самый старший из конюхов, кляня себя за бестолковость.

Лакс не побрезговал, зашел с другой стороны и мастерски пнул «покойничка» ногой в ребра. Тот сонно ругнулся, дернулся и перевернулся на бок, подложив руку под голову, а на освободившемся от массивных телес месте мы углядели здоровенную пустую бутыль. Фаль слетел понюхать ее горлышко, неудержимо расчихался и вверх пошел уже по кривой.

– Самсур меня убьет, – жалобно констатировал паникер, на цыпочках приблизившись к нашей компании и убедившись: его воистину не разыгрывают, «труп» живехонек и потому является не вещественным доказательством и жертвой преступления одновременно, а дебоширом, загромождающим проход и препятствующим работе.

– А Влариса воскресит и прибьет снова, – довольно поддакнул Лакс, отыгрываясь за несколько минут беспокойства. Имевший проблемы с законом парень не хотел пересекаться с власть предержащими субъектами вновь по столь щекотливому поводу.