Рождение

Но весь этот внутренний междусобойчик отступил на второй план, когда в Саду, как раз во время их очередного совместного завтрака, появился Беноль.

– Я обдумал ваше предложение; – тихо начал он, усевшись и отхлебнув из чашки, которую принес с собой.

Земляне, прекратившие жевать, едва только фигура ученого нарисовалась во входной арке, подобрались, ожидая продолжения.

– И я согласен с вашим предложением, – все так же тихо закончил Беноль.

Над столом пронесся шумный вздох облегчения. Четверо землян обрадованно переглянулись.

– Однако я должен обставить свое согласие некоторыми дополнительными условиями, – слегка охладил их пыл ученый."

"Земляне снова напряглись, но уже по-разному. Если взгляд американца сделался жестким, настороженным, то напряжение японца можно было уловить лишь по тому, что над его переносицей пролегла тревожная складка, лицо же осталось безмятежным и озаренным все той же радостной улыбкой, которой он встретил согласие Беноля на сотрудничество.

– Мы очень внимательно слушаем вас, – вежливо сказал Ямамото.

– Я понимаю – то, что вы собираетесь делать, является для вас единственно возможным способом достижения цели.

Четверо землян, не сговариваясь, кивнули.

– Я также понимаю, что все ваши действия будут выглядеть сточки зрения моральных и нравственных основ нашей цивилизации… чудовищными.

И снова ответом стали четыре кивка, хотя на этот раз они перемежались быстрыми испытующими взглядами, которыми обменялись земляне.

– Но я думаю, никто не станет оспаривать, что среди нас пятерых, причастных к зарождению общей тайны, лишь я один способен хотя бы теоретически оценить, не выходят ли осуществляемые вами изменения за пределы того, что может выдержать наша цивилизация, окончательно не обрушившись.

И опять четыре утвердительных поклона.

– Так вот, я требую у вас права немедленно остановить этот проект, если я посчитаю, что пределы допустимого достигнуты, либо уже преодолены.

На этот раз земляне сначала переглянулись, и лишь затем адмирал поднялся на ноги и, торжественно поклонившись Бенолю, произнес:

– Несомненно, вам – как единственному среди пятерых причастных к зарождению общей тайны представителю Киолы – должно быть дано подобное право.

Алый Беноль тоже встал и торжественно поклонился Ямамото. А Банг тихонько шепнул Ивану:

– Ишь как сказанул-то! Мне так в жизни не завернуть.