Роуз и магия холода

Роуз должна была проследить, чтобы прием прошел гладко, а не срывать его разоблачением заговора.

– А что Гус думает? – спросил наконец Фредди, и Роуз почувствовала, что Гус, зевая, присоединился к их разговору, насытившись лососем.

– Гус думает, что он опасный сумасшедший и на приеме его разоблачать рискованно. Дождись конца праздника. Попроси разрешения поговорить с королем. Сегодня все-таки твой день рождения.

Роуз еле заметно кивнула. Подождать. Так лучше всего. Она нехотя обратила внимание на утку с вишней у себя на тарелке и попыталась прислушаться к разговору короля и лорда Венна, которые обсуждали состояние флота.

Салфетка Роуз уже превратилась в мятую тряпку оттого, что она не переставая вертела ее в руках, когда наконец появились четыре пажа с гигантским розовым именинным тортом. Это четырехъярусное сооружение было обильно украшено розовой, белой и серебряной глазурью и гирляндами лиловых сахарных розочек. Из верхнего яруса торчало восемь свечей в серебряных подсвечниках. Пажи с облегчением водрузили торт на стол перед Роуз.

Лорд Венн зааплодировал, мягко хлопая пухлыми ладонями, и улыбнулся Роуз, королю и королеве.

– Прелестно, прелестно! Дражайшая принцесса, после того как разрежете торт, окажите мне честь и откройте подарок нашего императора. – Он вопросительно посмотрел на короля, и тот милостиво кивнул.

Посланник широко улыбался и хихикал, пока Роуз разрезала верхний ярус торта серебряным ножом, но от его ужимок у девочки кровь стыла в жилах. Они выглядели неестественно даже для искусного дипломата, добивающегося расположения избалованной принцессы.

Наконец торт доели, и талисийский посланник, надувшись, как толстый голубь, поднялся на ноги, чтобы произнести речь.

– Роуз! – настойчиво звал ее Фредди.