Ромашка (СИ)

— Прости… — Из Нилы словно выпустили всю уверенность и она опустила плечи. — Прости меня, просто я действительно… Я боюсь! Боюсь за нас всех. Ниэль, мы можем не успеть спасти тебя, или вообще не суметь освободить! Ты мне можешь рассказать, как правильно снимать этот стазис? Ты ведь сможешь?

Девушка просяще и с тревогой всматривалась в почти синюшное лицо мужчины. На виске его пульсировала жилка, а мутный взгляд практически невидяще скользил по силуэту девушки. Она даже не знала, слышит ли он ее вообще.

— Ох, Ниэль…

Нила, всхлипнув, снова прижала голову мужчины к себе, аккуратно, словно он был хрустальным.

— Чем я могу тебе помочь?

Едва разлепив спекшиеся губы, Ниэль шепотом произнес, с трудом выдыхая каждое слово:

— По-будь… со… мной…

Девушка отсранилась и присела рядом с Ниэлем, уложив его голову на свои колени. Ниэль не сопротивлялся, и свалился бы кулем на землю, если бы не поддержка Нилы.

Девушка, нервно закусив губу, гладила мужчину, ничуть не напоминавшего всем своим изможденным и внезапно постаревшим видом прекрасного юношу, по волосам.

«Что же делать? Что же мне делать?» — Нила мерно раскачивалась, пытаясь успокоить разбушевавшиеся эмоции. Если Ниэль сейчас не поможет ей с магическими формулами, то шанса их узнать утром у нее уже не будет. В таком состоянии он днем точно не сможет проникнуть в ее кратковременные сны, а к обеду они уже должны достичь развалин.

«Что же делать?» — Нила не переставала непрерывно смотреть на воду, раскачиваться и задавать себе один и тот же вопрос, не находя на него ответа.

И, не ожидая прикосновений, она содрогнулась всем телом и едва не вскрикнула от испуга, когда ее руку, на голове Ниэля, накрыла чужая рука.

Но это оказался всего лишь Ниэль.

— Подожди немного… — Шепот его был едва различим в звонком журчании воды. — Я тебе передам формулу…

— Ну, конечно, а потом что от тебя останется?! — С истеричным смехом воскликнула девушка, прижимая холодную ладонь мужчины к своей теплой щеке.

— Моя маленькая глупая человечка… — Кончики почти синих губ Ниэля приподнялись в едва уловимой усмешке. — Мы сейчас практически в моем воображении, здесь нет ничего реального. Крошечный пятачок окружающей, якобы действительности, заложенный тем, кто накладывает заклятие.