Японская война 1904. Книга четвертая

Фельдфебеля тем временем проводили до ближайшего леса, где его солдаты оборудовали наблюдательную позицию. Стало тепло на душе: хоть что-то не забыли. Тюрин вскарабкался повыше, пригляделся сначала обычным взглядом, а потом взялся за положенный ему как унтер-офицеру бинокль. Солнце еще не село, так что укрепления, подготовленные японцами прямо по границе Ляодунского полуострова, можно было рассмотреть во всех деталях.

И Тюрин с трудом удержался, чтобы не воскликнуть. Он, конечно, ожидал, что враги не сдадутся без боя, был уверен, что те смогут подготовиться, но чтобы так… Впереди лежали совсем не привычные по их собственным позициям полутора-двухметровые окопы, усиленные земляными валами и мешками с песком.

— Говорят, это им немцы помогали строить, — зашептал рядовой Петров. — Их 2-й Сибирский в поле разбил, так они в тыл сбежали и решили японцам хоть в защите помочь.

— Вот всегда так! — возмутился рядом рядовой Сытин. — 2-й Сибирский кого-то бьет, им вся слава, а нам расхлебывать!

— Тише! — оборвал Сытина фельдфебель, только жалоб на своих ему тут сейчас не хватало.

— А что тише? — и не подумал умолкать Сытин, пользуясь тем, как его поддержал общий ропот других рядовых. — Думаете, мы слепые? Одним слава, деньги, а другим — переть на это… — он сглотнул. — Разведчики рассказывали, что там укрепления порой до 4 метров в землю уходят. Каждые сто метров бункеры устроены, специальные канавы провели, чтобы воду отводить и в сухости сидеть.

"— Я сказал, прекратить, — уже менее уверенно ответил Тюрин.

— А вы знаете, что там еще собачьи укрепления строят?

— Что?

— Ну, пестунги по-немецки.

— Не пестунги, а фестунги, — поправил Сытина старый ефрейтор Глыбов, тоже лишь сегодня вернувшийся из усиления разведывательных рот. — Укрепленные узлы с пулеметами.

Он бросил на разговорившегося солдата насмешливый взгляд, подошел к Тюрину и показал несколько залитых бетоном позиций, от которых уходили целые пучки траншей. Еще и все зигзагами — даже если попадешь в такую из пушки, зацепит всего пару солдат. Тюрин невольно вспомнил, как ходил после Ляояна по позициям 2-го Сибирского, смотрел, как те укреплялись, и только у Земляного корпуса, как их порой называли злые языки, можно было встретить что-то подобное.