Расписной

– Ладно, ладно, какие тут могут быть счеты, – примирительно сказал майор.

– Ну, давай за все хорошее.

Климов поднял стакан, и они конспиративно чокнулись – пальцы в пальцы.

– Так ты получил, что хотел? – выпив, спросил майор. – Давай, напиши, я отошлю шифротелеграмму – приедешь, а тебя уже орденок ждет или медалька…

«Не верь ему, врет он, – слабым голосом сказал кот. – Какой-то свой интерес у падлы. Это из-за него меня порезали. Ты видел, какая рана?»

– Видел, видел, – отозвался Вольф. – Не бойсь, до свадьбы доживет!

– Что ты видел? До какой свадьбы? – спросил Климов, разглядывая пустой стакан.

– Это я не с тобой разговариваю.

– А с кем? – удивился майор.

– С котом. Он путевый кот, много раз мне жизнь спасал. Знаешь, я его сводить не буду. Пусть живет. Ты как считаешь?

– Э-э-э, брат, набрался ты крепко! Спать надо. Напиши рапорток и ложись – вот здесь, на диване.

– Нет, брат. Ничего я писать не буду, – решительно сказал Вольф. – О моем выходе в Центр доложили? И хорошо. Там разберутся!

– Да пойми ты! – Климов резко перегнулся через стол.

– Передавай, брат! – Вольф зевнул. – Но без меня. Потому что у меня никаких сведений нет.

– Но иначе с меня сдерут погоны!

– Это не страшно. С меня много раз могли содрать шкуру. И испортили ее вконец. Что такое погоны в сравнении с собственной кожей?

– Ты что, смеешься?!

Климов в ярости вскочил на ноги.

– Полегче, брат. Я же тебе не зэк. И ни ты; ни твой Камушкин не сможете меня отмордовать… Даже если вдвоем возьметесь. Хочешь, попробуем?

На приставном столике зазуммерил селектор. Майор нервно ткнул пальцем кнопку ответа.

– К вам лейтенант Медведев из Москвы! – привычно Доложил дежурный.

– Это за мной, – Вольф встал. – Счастливо оставаться брат!

Когда стемнело, Климов в багажнике своего «уаза» вывез Вольфа за пределы колонии и через сотню метров открыл дверцу.

– Ну и душок от тебя! – Роман поморщился. – Сейчас приедем, сразу в душ!

– Да я часа два под душем простоял!

– Запах тюрьмы, – философски сказал Климов.