Радость пирата

Я могу дать вам самую страшную клятву, прошу вас…

— Так что же вы все-таки узнали, дорогуша? — тихо спросил Майлз.

Алекс побледнела. Она поняла, что сказала лишнее.

— Только то, что вы — Майлз Кросс, — запинаясь пробормотала она и, набрав в грудь побольше воздуха, выпалила: — Клянусь!

— Сдается мне, в своих клятвах вы, мадам, заходите слишком далеко, — заключил Майлз. — Так вы видели, кого я встретил на берегу? — Глаза Майлза превратились в узкие щелки. — Я еще добьюсь от вас правды, мадам.

Как я уже сказал, путешествие будет долгим.

— Молю вас! — воскликнула Алекс, хватая уже собравшегося уходить Майлза за рукав.

Он оглянулся, посмотрел в ее мокрое от слез лицо, в ее блестящие синие глаза, обращенные к нему в последней надежде, и что-то шевельнулось в его душе.

Медленно, словно нехотя, он протянул руку к ее лицу, погладил по щеке, затем его рука скользнула вниз, накрыла грудь. Еще до того как Алекс поняла, что происходит, Майлз уже ласкал ее грудь одной рукой, другой крепко прижимал к себе.

Он опустил голову, приблизив свои губы к ее губам, не в силах бороться с искушением попробовать их на вкус, и Алекс не нашла в себе силы сопротивляться. Он держал ее крепко, и ладонь его, горячая и твердая, жгла ей спину. Он целовал ее с требовательной настойчивостью, и она не смогла устоять, губы раскрылись, впустив его трепещущий влажный язык."

"Алекс вскрикнула. Целуя, Майлз не переставал ласкать ее, легко и нежно касаясь бедер, и даже сквозь грубую ткань Алекс могла ощутить тепло его ладони.

Алекс не понимала, почему ее бьет дрожь, она знала одно: такого удовольствия она никогда не испытывала. Руки его были везде — накрыв широкой ладонью грудь, большим пальцем он нежно поглаживал сосок, и Алекс тихонько застонала, настолько острыми и сладостно-мучительными были ощущения. Он пил нектар из ее рта, лишая ее последних сил к сопротивлению. Александра обмякла, ноги отказывались держать ее, и она прижалась к нему сама, ища опоры. Она обвила его шею руками, сцепив пальцы у него на затылке.

Распаленный неожиданной податливостью девушки, Майлз рванул ворот ее рубашки так, что посыпались пуговицы. Открылась чудесной формы грудь. Любуясь, он опустил голову. Внезапно его горячий рот сомкнулся вокруг одного соска, и он принялся ласкать его языком, чуть покусывая. У Алекс перехватило дыхание. Чуть откинувшись назад, она подставляла ему себя для ласк.