Радость пирата

Оглушенная, Алекс тупо смотрела на дверь, слушая, как снаружи поворачивается в замке ключ. Итак, она в плену на этом корабле, и теперь ей никуда не деться — придется плыть в Америку.

Всю ночь Александра проворочалась в постели, и едва первый луч солнца пробился сквозь крохотное окошко в каюте Джудсона, превращенной Кроссом в тюрьму, она, откинув одеяло, села в кровати. Измученная, она думала только об одном: сколько ей осталось жить? Позор прошлого дня не давал покоя.

Вдруг до ее истерзанного сознания долетел чей-то визг.

Александра узнала голос доктора Копели.

— Где эта сволочь? Я хочу знать, что все это значит!

Он явно находился в соседней, капитанской каюте, и, очевидно, его тоже не собирались отпускать. Это открытие не способствовало поднятию настроения. Два месяца на борту корабля вместе с Майлзом Кроссом, да еще и в обществе Иезекииля. Да, пожалуй, ее жизнь превратится в ад!

Алекс вздрогнула, услышав, как в замке поворачивается ключ.

На пороге появился капитан.

— Я шел по коридору и решил навестить вас, — вместо приветствия сообщил Майлз.

— Премного благодарна, — парировала несколько сбитая с толку неожиданным появлением гостя Александра.

Майлз смотрел на нее как-то странно, и мисс Уайком не могла понять, что скрывается за этим взглядом, но, отметив, что у него сегодня не очень боевое настроение, Алекс решила идти в наступление.

— Капитан, вы позволите мне навестить Тернера?

Вопрос был неожиданным для Кросса, но ответил он мгновенно:

— Пожалуйста, как вам будет угодно…

Глава 8"

"Услышав звук открываемой двери, доктор Копели замер в ожидании.

Несмотря на все уверения Оги в том, что с ним будут обращаться с надлежащим уважением, как с гостем, бедняга был весьма напуган. Как бы ни ругал Иезекииль капитана, как бы ни хотелось ему сказать в его адрес пару «теплых слов», когда доходило до дела, Копели терялся и бормотал что-то невразумительное: этот высокий загадочный человек с тигриным взглядом внушал ему почти суеверный ужас. В конце концов Копели пришел к выводу, что чем меньше он будет докучать капитану вопросами, тем лучше будет для него самого. Когда дверь открылась и на пороге вместо грозного гиганта появилась Александра, у Копели вырвался вздох облегчения.

— Алекс, дорогая! — воскликнул он, кинувшись навстречу девушке с очевидным намерением заключить ее в объятия.

— Прошу не трогать меня, Иезекииль, — сказала она решительно.

— Простите меня, моя дорогая. Я так о вас беспокоился.