Рабыня страсти

Они спустились по ступеням, но не пошли через внутренний обсаженный розами дворик: Гуннар распахнул неприметную дверку в стене, ведущую наружу. Взору Риган предстала узенькая тропка, спускающаяся к морю. А на берегу она увидела еще не спущенный на воду самый настоящий корабль. Такое Риган видела впервые. Утлые челны, бороздившие гладь озера там, в Бен Мак-Дун, ни в какое сравнение не шли с этим красавцем. Она сразу же поняла, что это судно может свободно переплыть море.

— Из чего он сделан? — спросила она Гуннара.

— Из дуба, — отвечал датчанин. — А мачта сосновая. Нам порой помогает ветер, но на судне еще должно быть тридцать два гребца, хотя сейчас тут нас всего около двадцати. В летнем море куда легче…

— И он поплывет прямо через море?

— Ну да!

— А долго придется плыть? Когда мы доберемся до этого… Дублина?

— Через три-четыре дня. Это зависит от попутного ветра, — отвечал Гуннар. — Послушай, тебе разве не интересно, что я собираюсь сделать с тобою, Риган? Ты что вовсе не боишься?

Аквамариновые глаза Риган стремились на мужчину:

— Разве сможет любопытство повлиять на мою судьбу, Гуннар Кровавый Топор? И с чего мне бояться тебя? Ведь ты явно не намереваешься умертвить меня.

"— Никогда прежде не встречал женщины, способной рассуждать здраво, — с восхищением сказал северянин. — Чувства не лишают тебя разума, Риган, и это очень хорошо. Что ж, я расскажу тебе, что с тобою станется. Я намереваюсь продать тебя в Дублине работорговцу по имени Донал Рай. Ты удивительно красива, а Донал Рай покупает лишь самых лучших рабынь. А в Мавритании есть особый рынок, где торгуют красавицами. Ты будешь жить в куда большей роскоши, нежели твоя сестрица, — ; ты будешь самоцветом в сокровищнице какого-нибудь богача.

Риган кивнула:

— Это куда лучше, чем я предполагала.

…Как она спокойна. Как покорна. Пораженный Гуннар спросил:

— И твое сердце не станет томиться по оставленным здесь любимым? — А как же твой любовник, сестрин муженек, хотел он спросить.