Рабыня страсти

Ко всеобщему удивлению, у маленькой Омы обнаружился редкий дар — она схватывала все мгновенно. Зейнаб же мужественно сражалась с чужим и хитрым наречием и с помощью Омы наконец постигла арабский. Романский же язык, второй, которым им предстояло овладеть, показался ей куда легче…

И вот однажды на рассвете они достигли цели плавания — Алькасабы Малики. Ветер стих совершенно, а воды были темны и спокойны. Восходящее солнце чуть золотило водную гладь и постепенно озаряло городские стены и башни. По обе стороны гавани высились маяки.

Делом смотрителей маяков было не только поддерживать огонь, обозначающий в ночи вход в гавань, но, в случае надобности, натягивать между ними укрепленную на тяжелых цепях прочную сеть — одно из средств защиты от вторжения чужаков.

Зейнаб и Ома стояли на палубе, раскрыв от изумления рты. Они пробыли в море несколько долгих недель, но все то, что рассказывали им Карим-аль-Малика и Аллаэддин-бен-Омар, не смогло передать очарования открывшегося им зрелища.

— Если Дублин — настоящий город, то это что же такое? — трепеща, пробормотала Зейнаб.

Теперь она говорила по-арабски. Обе девушки беседовали между собой преимущественно на новом языке, ведь это был единственный надежный способ им овладеть. Между собой они решили разговаривать по-кельтски не более часа в день — и то, чтобы не забыть родной язык. Зейнаб понимала, что в гареме это будет ценно — при помощи кельтского Они смогут общаться, не боясь посторонних ушей.

— Это прямо-таки сказочное место! — расширив от удивления глаза, отвечала госпоже Ома.

 — Не думала, что мне когда-нибудь придется увидеть эдакую красоту!

— А я и не представляла, что такое существует на свете!

— подхватила Зейнаб. — Расскажи я об этом в Бен Мак-Дун, мне никто бы не поверил!

На палубу вышел Карим-аль-Малика:

— Город был основан более ста пятидесяти лет тому назад арабским воителем Каримом-ибн-Маликом из рода Умайяд, подданным дамасского калифа. А через шестьдесят пять лет умайяды были изгнаны из Сирии, и весь их род безжалостно истреблен, вырезаны были все, кроме одного принца, которому удалось скрыться.

Имя его было Абд-аль-Рахман. От него и пошел род калифа. Правители же этого города всегда были дружны с умайядами — но историей мы займемся позднее, Зейнаб.

— И мы будем жить в этом чудесном месте? — спросила девушка, доверчиво глядя ему в лицо.

» Нынче вечером, — подумал он. — Нынче же вечером я вновь буду обладать ею. Как долго были мы врозь…«

— Нет.