Провинциал. Книга 5 (СИ)

— Понимаешь, — я представил на секунду себя на месте того усатого офицера, — вот ты попадаешь в плен не известно к кому, и при обстоятельствах, наверняка, не вызывающих у тебя положительных эмоций, зато вызывающих недвусмысленные опасения относительно перспектив сохранности твоей драгоценной шкурки…

— Ага, — отозвался инженер, — и?

— И вот ты открываешь глаза, — начиню я с интонацией ведущего голопрограммы «Удивительное рядом», — а вокруг тебя…

— Ага, — понимающе улыбнулся Серёга, — сплошь красивые женщины, которые на тебя смотрят с неподдельным интересом…

— Вот-вот, — я хмыкнул — и какие мысли у него в голове должны появиться, по твоему? — я с интересом посмотрел на Карнаухова.

— Гммм, — Серёга слегка завис, имея, наверное, несколько вариантов ответа, и выбирая лучший из них, — он может подумать, что, всё-таки, умер и теперь находится в раю, среди ангелов…

— Не исключено и такое, наши девчонки и за ангелов сойти могут, столь нежны и прекрасны, — гыгыкнул я, соглашаясь с серёгиным предположением, — но я имел ввиду просто то, что ему может стать слишком хорошо, и его, так сказать, на радостях, опять обнимет Кондратий…

— Ну да, — Серёга был со мной солидарен, — явная угроза жизни и рассудку, и так пребывающему в пост-стрессовом состоянии.

— Истину глаголешь, а наше присутствие добавит картине реализма, — мы уже приблизились вплотную к помещениям, находившимся в ведении Эви.

Я тут гостем был не сказать, что очень частым, а потому ориентировался с трудом. Но нам повезло.

Когда мы подходили к очередному перекрёстку, я заметил, что навстречу нам по коридору бодро трусил по каким-то своим врачебным делам бородатый молодой человек, одетый в зелёный халат медработника.

Его вихрастую голову украшала забавная шапочка, чем-то напомнившая мне реликтовую тюбетейку. Шапочка тоже была зелёной.

— Не подскажете, где тут у вас реанимация? — поинтересовался я у пролетающего мимо нас бородача.

Тот испуганно-удивлённо покосился на меня.