Прорвемся, опера!

Мы подошли к двери, я нажал на кнопку звонка, но тот молчал. Тогда я постучал, но тонкая дверь, открывающаяся вовнутрь, отворилась сама. В нос ударил неприятный запах.

Мы с отцом переглянулись, я достал из кобуры пистолет, снял с предохранителя, но на боевой взвод курок пока не ставил. Уже тоже носил оружие с патроном в стволе, как и Якут. Лучше потом отписываться, если какая проверка, чем «ходить» мёртвому. Да и Макар — ствол надёжный, просто так не выстрелит.

Пол грязный, но это следы свежие, кто-то зашёл после дождя, не вытерев ноги.

Глянул в комнату, там как и всегда, обычная обстановка — старый телевизор, накрытый плетеной салфеткой, чёрно-белые фотографии на стене, старая кровать и покосившийся шкаф. В углу кресло, накрытое китайским покрывалом, под ним подставка под ноги, там, похоже, и любила сидеть бабушка, смотря телевизор.

Запах шёл из ванной. Я уже догадался, что так пахнет прокисшее бельё. Хозяйка говорила, что замочила, но постирать не успела.

Мы старались идти тихо, но пол всё равно скрипел.

Обнаглевшие тараканы разбегались по сторонам. В санузле никого, внутрь ванны я только глянул, убедившись, что там никто не прячется, зато в маленькой кухоньке мы нашли тело.

Типичный урка, тощий, сморщенный, глаза на выпучку. Будто удивился, что умер. В руке он сжимал вафельное полотенце — похоже, схватил его, когда падал. Стол сдвинут, холодильник открыт. На груди серой несвежей рубашки расплылось красное пятно.

Убит совсем недавно, кровь свежая. Отец поцокал языком и осторожно сел на корточки.

Я наклонился с другой стороны и присмотрелся к ране, потом глянул на отца.

— Одним ударом, сразу готов, били кинжалом, видно по разрезу на рубашке и по раневому каналу.

— Угу, — он кивнул. — Как ту женщину?

— Да.

— Зачищают следы, — дядя Витя, вошедший следом за нами, закурил.

— Ганс сидит на измене, — добавил отец. — Но всё равно его надо искать.

— Найдём, — твёрдо сказал я.

Глава 16

— Я думаю, это и есть Сёма, — сказал отец, присматриваясь к неподвижному телу.

— Урка, что-то делал на чужой квартире — всё сходится.

— Да. А прихлопнул его, скорее всего, тот самый Ганс, — я ещё раз посмотрел на рану. — Узнали, что мы взяли Вагона, побоялись, что он их всех сдаст, и мы через него выйдем на Сёму. А вот насчёт Ганса не беспокоились.

— И это значит? — отец испытующе посмотрел на меня.

— Несколько вариантов. Возможно, есть кто-то ещё, о ком Вагон не знал или не выдал. Тогда от Ганса могут избавиться тоже.