Проданная невеста

Все сопровождалось вопросами, как я себя чувствую, но я мочала — набиралась сил перед главным.

Спинку кровати подняли без разрешения, словно собирались поговорить со мной. В пересохшие губы всунули трубочку с прохладной водой, но я сумела сделать только глоток. Зато сразу появились силы. Голос стал тверже.

— Где ребенок?

В палате остались врач и Зверь, остальные вышли.

Взрослая, красивая, стройная — ей было около сорока, в белом медицинском костюме и без маски. В глубине больших, голубых глаз застыл безысходный страх.

Пока она молчала, в голове бродили жуткие мысли: двадцать шесть недель, слишком рано, шансов почти нет… И неизвестно, почему начались роды.

— Ваш сын в реанимации. В инкубаторе.

Я устало опустила веки, ощущая, как из-под них выкатываются слезы.

Говорить было трудно — уже все силы потратила. Я только так могла выразить эмоции.

Жив.

В реанимации, но жив. Я вспоминала крошку на руках Зверя, и ощутила, как он кладет ладонь на темя, чтобы меня успокоить.

— У вас произошли преждевременные роды, на вашем сроке это слишком рано, — продолжила врач. — Вес восемьсот грамм. Пока он должен остаться там. Надейтесь на лучшее…

Голос женщины немного подсел.

— Шансы есть. Но сейчас мы можем только ждать. Понимаете, Лили?

Я ни черта не понимала. Но услышала главное, и тело расслабилось.

Можно жить дальше.

— Оставьте нас, — сказал Зверь.

— Я буду в коридоре.

Когда прошелестела дверь, я открыла глаза.

Он необычный мужчина.

Жестокий, самый нежный Зверь.

— Прости…

Я могла только дышать, ощущая непроходящий спазм в груди, и смотреть слезящимися глазами. Даже думать не могла.

— Прости, принцесса… — хриплый шепот забрался под кожу.

При этом имени в груди снова возникла боль.

Нам нечего сказать друг другу. Между нами ничего нет, кроме черной скорби двух человек, почти потерявших общего ребенка.

Где он был, когда я его теряла? Где были все они?!

Помимо печали приходила злость.

Я чуть не потеряла ребенка! Где были те, кто обещал мне безопасность?!

— Что случилось? — прошептала я. — Почему?..

— Мы разбираемся, Лили.