Призрак музыки

С какой это стати Артем интересуется женщиной из милиции? Кто она ему? Что она ему? Единственный человек, которым его друг имеет право интересоваться, это он, Денис.

– Очень даже разобрался. Она старая. Она подполковник уже, как же она может быть молодой?

– Ты прав. Она красивая?

– Да ты что? – Денис деланно расхохотался. – Уродка! Ни рожи ни кожи. Была бы она молодая и красивая, она бы себе нашла миллионера и жила бы с ним на Канарских островах. Понял?

Артем снова помолчал. Потом сказал задумчиво:

– У нее голос хороший.

Низкий, хрипловатый.

– Ничего хорошего, – оборвал друга Денис. – Голос как голос.

– Нет, хороший. – Артем улыбнулся мечтательно. – И говорит она хорошо, спокойно так. Как будто колыбельную поет.

– Да что ты заладил про эту тетку! Давай лучше что-нибудь поделаем. Твой папа книжки новые принес, фэнтези. Хочешь, посмотрим?

– Не хочу. Давай просто посидим и помолчим, ладно?

Артем сел на широкий подоконник, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Денис, насупившись, уселся на полу рядом с окном.

В первый раз за три года Артем отказался чем-то заниматься вместе. В первый раз за три года Денис Баженов перестал чувствовать свою постоянную, ежечасную и ежеминутную нужность Артему. Его пронзила такая душевная боль, о существовании которой он даже не подозревал. И все из-за какой-то противной тетки из милиции!

– Я пойду домой, – решительно заявил Денис, поднимаясь с пола.

Он ждал, что Артем начнет его отговаривать, ведь они условились, что сегодня ночуют вместе.

– Хорошо, – спокойно ответил Артем. – Позвони, когда дойдешь, уже поздно, я буду волноваться.

– Нечего за меня волноваться! – выкрикнул Денис, плохо контролируя себя. – За Каменскую свою волнуйся!

Он выскочил из квартиры, захлопнул за собой дверь и помчался вниз по лестнице, не дожидаясь лифта. До своего дома, через три улицы, мчался бегом, стараясь не думать о друге. Однако стоило ему переступить порог квартиры, как все снова обрушилось на него…

У матери были гости.

Как вчера и как позавчера. Как всегда. Еще одна женщина и трое мужчин, все уже прилично «взявшие».

– О, сыночек пожаловал! – радостно-удивленно завопила мать.

Она нетвердо держалась на ногах, плохо наложенная косметика поплыла, на платье виднелись пятна от какой-то жидкости – похоже, от томатного соуса. Денис попытался пройти в свою комнату, но мать преградила ему дорогу.

– Туда нельзя, миленький. Там занято.

– Опять? – недовольно спросил он.