Призрак музыки

Супруги Чибисовы ни в чем никогда замечены не были. Кристально честные люди. А местный участковый – их личный друг, вхож в семью и за свои слова может поручиться.

– Ага, поручиться, – проворчал Коля. – Так же, как твои нижегородские приятели. Тоже небось жалостливый, все видит, но молчит, в положение входит.

– Ну, Коля, я за что купил – за то и продаю. Таков официальный ответ. А у тебя есть основания сомневаться?

Селуянов задумчиво покрутил в пальцах сигарету, потом с недоумением уставился на нее, будто не понимая, что это за ароматическая палочка у него в руках и откуда она взялась.

Вспомнив, как это называется и для чего предназначено, он сунул сигарету в зубы и прикурил.

– Да нет, пожалуй, – неторопливо ответил он. – Сомневаться у меня оснований нет. Сын у бабы Клавы банальный уголовник, плавно переходящий из зоны в зону и наматывающий срок на срок, а дочка – просто невезучая. Денег ни у того, ни у другого не было и нет. И матери они их, как ты понимаешь, не посылали, особенно в последние три года.

А по моим сведениям, именно в последние три года наша бабуля стала богатеть не по дням, а по часам, и богатство это ей приносят в клювике какие-то сомнительного вида личности. Улавливаешь, к чему я клоню?

– Улавливаю, только я понять не могу, какого рода преступным бизнесом могла заниматься тихая приличная пенсионерка, которая почти всегда или дома, или на лавочке возле дома, или у приятельниц в соседних домах. Я же был у нее в квартире, там подпольным борделем и не пахнет. И никакого подпольного производства, как у ее соседа Вяткина, тоже нет.

За что же такие деньги?

– А мы это узнаем, Серега, легко и просто. Только терпения наберемся. Ты кому-нибудь говорил о том, что Романова в больнице?

– Только той тетке, которая по телефону позвонила.

– Больше никому?

– Вроде нет. – Зарубин задумался на секунду, потом сказал уже уверенно: – Точно нет. Никому.

– Теперь самое главное – узнать, не позвонила ли наша бабуля из больницы и не предупредила ли, что ее дома не будет. Серега, ноги в руки – и бегом в больницу, узнай все, что можно.

И договорись с врачами, чтобы ее не выписывали хотя бы еще недельку. А я пока замену найду.

Через три часа Сергей Зарубин сообщил, что попыток позвонить с сестринского поста больная Романова не предпринимала, а что касается висящего на лестнице телефона-автомата, предназначенного для пациентов, то тут гарантий никто дать не может. Медперсонал за автоматом не следит, а больных опрашивать опасно – могут продать.