Призрак музыки

И теперь ее слова можно было расценить как бунт на корабле. Бунт, которому нет оправдания. И который должен быть безжалостно подавлен. Выходить из подчинения у командира не позволено никому.

Георгий схватил ее за руку, притянул к себе и прошептал в самое ухо:"

"– Не будем ссориться на людях. Я сейчас уйду, а ты подумай над своими словами и над тем, как сильно ты меня обидела. Я верил тебе, а ты оказалась трусихой и предательницей. Завтра, когда вернешься от сына, позвони мне, и мы поговорим о том, как будем строить наши отношения дальше.

Он оттолкнул ее и быстрыми шагами направился по бульвару в сторону метро. Ольга снова села за стол, испытывая мучительный стыд. Сцена разыгралась на глазах у десятка людей, которые с любопытством наблюдали за ними, и уходить вслед за Георгием означало бы поставить себя в положение догоняющей. Остаться стоять? Тоже глупо. Стоишь на всеобщем обозрении, как идиотка, и не знаешь, куда глаза девать. Она решила посидеть минут десять и спокойно подумать. Что ж, неизвестно, какой Георгий Дударев стратег, а тактиком он оказался блестящим.

Поняв, что Ольга сейчас уйдет, оставив его одного, он мгновенно сориентировался и переиграл всю мизансцену таким образом, чтобы уйти первым. Это он от нее ушел, а не наоборот. Это он первым по собственной инициативе прекратил разговор, а не Ольга. Иными словами, Георгий дал ей понять, что полностью контролирует ситуацию и так будет всегда. Так что пусть Ольга Васильевна не дергается и не считает себя свободной от обязательств. Свободной она станет только тогда, когда Георгий ей разрешит. И ни минутой раньше.

«И что я за дура такая? – думала Ольга, затягиваясь сигаретой и удивляясь тому, что смотрит на себя как будто со стороны и оценивает как постороннего человека. – Почему мне всегда легче сказать «да» и делать что-то против желания, чем сказать «нет»? Я сделала робкую попытку оказать сопротивление и тут же была посрамлена. С этим надо что-то делать, так дальше продолжаться не может».

Она загасила сигарету и решительно поднялась. На нее больше не смотрели, скандал миновал, и она уже не была интересна окружающим.

* * *– Все, хватит, – твердо заявил следователь Гмыря. – Наш Дударев уже перегулял на свободе, пора и честь знать. От его хождений по городу все равно никакого толку, пусть возвращается в камеру. Завтра с утра проведу опознание, и, если ваша старушонка его опознает как человека, который трижды приходил к Вяткину, я его задержу.