Преданный

Фрэнки занимает место Луки во главе мафии, рядом с ним Грейсон и Тео. Лука непреклонен: когда мы вернемся домой, когда бы это ни случилось, он не хочет возвращаться к прежней жизни. Не знаю, но этот мужчина прирожденный лидер. Не могу представить его счастливым, управляющим клубом или помогающим в спортзале. Посмотрим, что нас ждет в будущем.

Главное, чтобы он был счастлив.

Фрэнки ставит пакеты с китайской едой на стойку, пожимает руку Луке, прежде чем подойти к Грейсону.

Все, затаив дыхание, наблюдают, как Фрэнки протягивает руку Грейсону.

— Перемирие? — спрашивает Фрэнки.

Несколько секунд кажутся часами, прежде чем Грейсон вздыхает и крепко жмет ему руку.

— Да, босс. Ты получил пулю за меня. Вряд ли я могу сказать ""нет"", правда? — ухмыляется Грейсон.

Мэдди поворачивается к нему лицом и ахает. — Что он сделал?

Грейсон целует Мэдди в шею. — Ты сможешь наказать меня позже, солнышко.

— Вы двое когда-нибудь остановитесь? — смеется Лука, сминает салфетку и швыряет в них.

Я откидываюсь назад и наблюдаю за Лукой, принимая все это с улыбкой на лице. Вся его семья в одной комнате, все снова вместе и в безопасности.

Лука обхватывает рукой мой стул, притягивая меня к себе. Я смотрю вниз на его татуированную руку, лежащую на моем плече, и целую розу, покрывающую тыльную сторону.

Я не показала ему татуировку, которую сделала сегодня утром, когда сказала ему, что мы с Мэдди поехали за новой одеждой для нашей поездки.

Я сжимаю бедра, просто представляя, как он отреагирует.

— Что заставляет тебя ерзать на стуле, tesoro? — хриплый голос Луки заставляет мое тело реагировать.

— Ничего, — лгу я.

Он встает, передавая малышку Хоуп Мэдди.

— Если вы нас просто извините, мы… — он делает паузу, почесывая щетину.

Он закрывает уши Макса руками.

— Мне, блядь, нужно вытрахать ответ от моей невесты, — говорит он с совершенно невозмутимым лицом.

Сиенна и Мэдди одновременно подмигивают мне. Мне так хотелось, провалиться сквозь землю.

Я хмуро смотрю на Луку, когда он наклоняется, поднимает меня со стула и перекидывает через плечо.

От прохладного воздуха моя кожа покрывается мурашками, и он отпускает меня вниз по своему твердому, как камень, телу, и моя спина врезается в кирпичную стену.

— Я снова спрашиваю, что заставило тебя ерзать на месте? — он обхватывает рукой мое горло, а его палец нежно поглаживает мое бедро. Его рука задирает мое платье вверх до бедер.