Повенчанные грозой

"Сандра Частейн

Повенчанные грозой

Пролог

В окрестностях Атланты начинал моросить мелкий весенний дождик.

Сэму посчастливилось добраться автостопом до этих мест, и теперь он брел по проселочной дороге. Майский день постепенно угасал. Смеркалось.

С поношенной стетсоновской шляпы Сэму на воротник куртки струйками стекала дождевая вода, а его уже порядком, намокший под моросящим дождем рюкзак нещадно резал плечи. Скоро придется заняться поисками ночлега, но ему не впервой ночевать в каком-нибудь сарае или под деревом.

По дорогам Сэм бродил уже более десяти лет, останавливаясь на месяц то здесь, то там, в зависимости от подвернувшейся работы. Время от времени его посещало желание остепениться, осесть где-нибудь, пустить корни, а в последние годы он стал задумываться над этим все чаще и чаще. Но проблема заключалась в том, что ему еще нигде не удавалось прижиться. Сэм подозревал, что везде окажется чужаком. Он даже не имел представления о том, чего же именно хочет добиться в этом маленьком городке в Джорджии, куда сейчас направлялся.

Дорожный указатель гласил: «Округ Мередит. Аркадия – 10 миль». Название всколыхнуло в его памяти воспоминания, от которых у него тотчас же защемило сердце. Ведь сюда он пришел не ради себя, а ради нее…

В Аркадии Сэм никогда не бывал. Он даже не был уверен в существовании этого местечка. Теперь он признался себе в неожиданном желании увидеть его своими глазами.

Его внимание привлек шум автомобильного мотора за спиной. Оглянувшись, он увидел притормозивший неподалеку старенький пикап.

– Куда тебе, паренек? – Из окна машины высунулось морщинистое лицо пожилого фермера, циркнувшего между зубов струйкой коричневой табачной слюны.

– В Аркадию, – ответил Сэм раздраженно.

Пареньком его уже давно никто не называл. Пожалуй, с тех пор, когда он еще был зеленым новобранцем в тренировочном лагере на острове Паррис, он никому не позволял так к нему обращаться. Никому, кроме матери. Она никогда не забывала употребить перед этим словом ласковое «мой дорогой» или «драгоценный мой» и редко когда не добавляла фразу: «Я люблю тебя».

– В Аркадию? О'кей, – будничным тоном произнес фермер. – Я туда же. Залезай.

Предложение было безмолвно принято, и промокший до нитки путешественник стянул с плеч рюкзак, забросил его назад в кузов грузовичка и забрался внутрь кабины, подогнув под себя длинные ноги в тесном пространстве под приборной доской.

– Спасибо.

– Не за что. Наверное, по делам в Аркадию, да?

– Возможно, – пожал плечами Сэм.