Повенчанные грозой

Когда они приехали, Андреа заметила, что Бак с достаточной легкостью позволил Сэму помочь ему добраться до спальни. Она не пошла следом за ними, предоставив отца на попечение Фарли, а сама тем временем переоделась в новенькие белые шорты и поношенную футболку.

Пару минут спустя Сэм закрыл за собой дверь спальни Бака и вышел на крыльцо, где сидела девушка.

– С ним действительно все в порядке? – с тревогой в голосе осведомилась она.

– Думаю, да. Его только слегка тряхнуло.

Мужчина опустился на ступеньки рядом с Андреа и устремил свой взгляд за пределы двора, на кукурузное поле вдали за забором.

Ветра не ощущалось, и на деревьях не колыхался ни один листок. И дом, и двор были накрыты, как стеклянным куполом, липкой полуденной жарой, не пропускающей свежего воздуха.

Сэм старался не замечать длинных обнаженных ног Андреа, которые вызывали совсем непрошенные мысли в его голове.

У края крыльца над прикрытыми соломой цветочными клумбами виднелась широкая полоска желто-оранжевых цветов. Он узнал их.

Он прошептал это название вслух, не осознавая, что его кто-то может услышать.

– Да, – раздался голос Андреа, – моя мать выращивала их, когда они с Баком только поженились. И мы с тех самых пор постоянно сажаем их. Мне всегда приятно думать о том, что частичка ее все еще здесь.

– А что с ней случилось?

– Она бросила нас.

– Не понимаю. Моя мать никогда не бросала меня, даже когда дела шли из рук вон плохо. Хотя я не думаю, что таскания из одного задрипанного городка нефтяников в другой по всему Западу вам о чем-нибудь говорят.

Сэм встал и вышел во двор.

Андреа тоже поднялась, оглянулась на окна дома и последовала за ним.

– Вы и ваша мать, Бак и я. Забавно, правда? Чего только в жизни не бывает.

Они пересекли двор, поднялись вверх по холму и спустились вниз в яблоневый сад, оставив дом Андреа у себя за спиной.

Беспокойство за отца, снова попавшего в аварию, рассказ о матери и воспоминания о Дэвиде вызвали в душе девушки цепную реакцию сожаления. Андреа в этот момент готова была расплакаться. Она чувствовала, как слезы уже накатились на глаза, и обрадовалась наступившим сумеркам."

"Слегка повеяло ветерком, и теперь, когда солнце уже опустилось за верхушки деревьев, стало тихо и прохладно.