Повенчанные грозой

Лишь несколько секунд спустя она вспомнила, что обещала Сэму еду, которую забыла ему отдать. Андреа затормозила, развернула машину и поехала обратно.

Он все так же стоял на прежнем месте. Его лицо снова приняло суровое выражение. Девушка остановила машину возле него, опустила стекло и протянула Сэму термос и тарелку с печеньем.

При этом ни один из них не проронил ни единого слова.

Когда фигура мужчины, все еще стоящего у обочины и наблюдающего за отъезжающей машиной, скрылась в темноте, Андреа сняла с головы фуражку, опустила второе окно и почувствовала, как ворвавшийся в салон прохладный ночной воздух полощет на ветру ее волосы, развевающиеся за ее спиной, как паруса корабля-призрака.

Буря улеглась, но Андреа теперь испытывала какое-то смутное беспокойство и одновременно с этим небывалый прилив сил. Она еще глубже утопила педаль газа в пол машины. Этой ночью ей нужно было лететь как ветер.

– Ты не должна была отправляться туда одна, Энди, – заворчал ее отец, с трудом забираясь на заднее сиденье патрульного автомобиля поперек салона.

– Послушай, Бак, – ответила Андреа более резко, чем ей этого хотелось бы. – Я не сделала ничего такого, чего не сделал бы ты. Поступил звонок о происшествии, которое я, и расследовала. Это проще пареной репы.

– Да-а, – неохотно согласился он. – Но представь себе, если бы ты обнаружила там настоящего взломщика, вместо какого-то чудака, утверждающего, что он внук Мэми Хайнс. А в этом, напоминаю тебе, мы еще не до конца уверены. Я помню, как лет пять тому назад в округе Хэннон убежал из тюрьмы заключенный и ограбил женщину…

– Ну, пожалуйста! Еще ведь даже нет восьми утра.

– О, эта женщина! Ей не следует… – раздраженно начал, было, Бак, но потом осекся. – Печенье? Моя дочь отдала шоколадное печенье с орехами какому-то незнакомцу?!

Андреа стоило большого труда сдержать улыбку, вызванную деланным негодованием отца.

– Да, но я все же предполагаю, что таким печеньем ты еще полакомишься. Па, ты знал дочь миссис Мэми?

– Кто же не знал Милли? Она была самой красивой девушкой в округе, когда ей исполнилось шестнадцать лет. И она была зеницей ока для своего отца до тех пор, пока не встретила того парня с военной базы.

– Отца Сэма?

– Да кто его знает? Мужчину, с которым она сбежала, звали не Фарли.