Повенчанные небесами, или Моя маленькая тайна

— Какой смысл переплачивать? — возмущалась подруга.

— Дана, отстань! Я хочу у окошечка!

— У окошечка она хочет! — Еще и передразнила! — Ты все равно будешь спать. Что там еще можно делать? — ворчала на меня Дана.

Ненормальная! Чтобы я и проспала свой первый полет?! Да ни за что!

В «окошечке» ничего интересного пока нет, и я направляю свое внимание на пассажиров, которые идут друг за другом и почему-то вызывают у меня ассоциацию с большой гусеницей. Иногда также встают в «пробку», пока впереди идущий не разместит свой багаж и не займет место.

Мой взгляд цепляется за мужчину в рясе. Если бы не особый покрой его одежды, я ни за что бы не признала в нем служителя церкви. Аккуратная бородка практически как у каждого второго мужчины, волосы стянуты в тугой хвост. Но самое удивительное — он садится в нашем ряду. Я даже дар речи теряю, когда он произносит простое:

— Доброго дня! — пожимает руку моему соседу, который вел переписку в телефоне. Легким наклоном головы приветствует меня и занимает свое место.

— Здравствуйте, — лепечу еле слышно.

Не знаю, что я ожидала, но никаких церковных слов или фраз он не произносит. Просто священник. Просто в самолете. Интересно, он летит «по делам» или тоже в отпуск? А священники купаются в море? А как?

Мне становится самой стыдно за свои мысли.

Легкий гул двигателей резко выкидывает все из моей головы, и я замираю. Внимательно слушаю инструктаж перед полетом, сопровождающийся движениями двух стюардесс и одного стюарда. Проверяю ремень безопасности и, кажется, даже не дышу.

— Боязнь высоты? — интересуется мой сосед, видимо, заметив, что я крепко вцепилась в подлокотники.

— Н-не знаю. Я первый раз… — признаюсь.

— Это не страшно, — успокаивает он. — Как в большом автобусе.

Пока самолет выезжает на взлетную полосу, смотрю в иллюминатор.

— С Богом, — доносится рядом, и меня слегка вжимает спинку сиденья, когда самолет набирает скорость.

— Можно открыть глаза. Мы уже в воздухе. — Касается моего уха.

— Д-да? Уже? — Высовываю взгляд в «окошечко».

 — Боже! — вылетает невольно, и я кошусь в сторону священнослужителя. — Извините.

— Не нужно извиняться. Ничего плохого в этом нет. Бог всегда с нами, — отвечает добродушно, и я немного выдыхаю.

Ну, если Бог рядом, то все же будет хорошо?

Глава 2"

"Глубоко вдыхаю и пытаюсь расслабиться. Смотрю вниз, прилипнув к иллюминатору. Вроде и высоко, а, оказывается, не так уж и страшно. Так сразу и не скажешь, что под тобой девять тысяч метров пустоты.