Посторонний в доме

Она заметила, как он бросил взгляд в сторону мужа, который все еще стоял на лестнице, как часовой.

Карен задумалась. У нее секунда или две, чтобы принять решение. Кельвин велел ей не говорить с полицией. Но она боялась, что если их выгонит, они вернутся с ордером на арест. Она услышала, как Том спустился по лестнице и встал рядом.

– Чего вам надо? – довольно агрессивно спросил он.

– Мне бы не хотелось разговаривать на пороге, – любезно ответил Расбах.

Карен открыла дверь пошире и впустила детективов в дом, избегая смотреть на Тома.

Как и в прошлый раз, они прошли в гостиную.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – пригласила Карен. Она украдкой бросила взгляд на Тома, и выражение его лица ее встревожило. Том не умел скрывать свои эмоции. Сейчас он выглядел так, будто в любую минуту ожидает конца света.

Повисла тяжелая тишина. Расбах не торопился. Нельзя дать ему вывести ее из себя. Карен ждала.

Наконец Расбах заговорил:

– Вы вспомнили что-нибудь о вечере аварии?

– Нет, – вежливо ответила Карен. Помолчав, добавила: – При моей травме такое случается, – и тут же пожалела, что это сказала.

– Ясно, – мягко ответил детектив. – Можно спросить – просто из любопытства, – какие действия вы предпринимаете, чтобы вспомнить?

– Простите? – Карен опешила. Поерзала на месте.

– Мне кажется, когда люди не могут вспомнить, что с ними произошло, они пытаются что-то с этим сделать, – сказал Расбах.

– Что именно? – спросила она. Скрестила руки на груди.

– Вы обращались за помощью?

– Нет.

– Почему?

– Потому что не думаю, что это поможет. Со временем память сама вернется.

– Вы так считаете?

– Так сказал мой врач, – Карен знает, что ее слова звучат так, будто она оправдывается. Она сделала глубокий вдох.

Правда заключалась в том, что она не осмелилась обратиться к специалисту вроде гипнотизера, опасаясь, что кто-нибудь посторонний узнает о случившемся в тот вечер.

Расбах сменил тактику:

– Мы знаем, что в вечер аварии вы уехали из дома в одиночестве. У нас есть свидетели.

– Хорошо, – сказала она. Почувствовала на себе пронзительный взгляд Тома.

Расбах продолжил:

– Мы также знаем, что в тот вечер вам позвонили. В 20:17.

– Правда? – спросила она.

– Да. По городскому. Мы изучили запись ваших звонков, – ответил Расбах.

– Это законно? – спросил Том.

– Да, конечно, – ответил Расбах.