Последний день лета

– Давайте попробуем так. – Он встал, неспешным шагом пересек комнату и вдруг зазвучал размеренный звук метронома.

– Это еще зачем? – Ульяна приподняла голову и проводила его беспокойным взглядом.

Усевшись в кресло, Сорокин распорядился:

– Закройте глаза.

Вопреки внутреннему протесту, она подчинилась. В голове возникли мысли о предстоящем гипнозе. Ульяна была уверена, что в транс ни в коем случае не впадет.

Как будто услышав ее мысли, Сорокин предупредил:

– Никакого гипноза. Просто сосредоточимся на картинке.

– Картофельное поле… Был сентябрь, а картошку почему-то не выкопали…

– Об этом мы уже говорили на прошлом сеансе. Что видите еще?

– Больше ничего.

– Смотрите внимательно.

– Да-да… – в голосе Ульяны прозвучало удивление. – Справа темнеет угол другого дома.

– Изгородь есть?

– Да, там невысокий забор.

– Еще присмотритесь.

– Вижу двух женщин.

– Одна из них та самая старуха, которая приносила еду?

– Не-е-ет… – протянула Ульяна.

– Вы их знаете? Может быть, видели ранее?

– Одну, может быть…

– Вспоминайте где.

Ульяна сжалась и неожиданно для себя прошептала:

– Птичка… Маленькая птичка с хвостом. – Она вдруг сложила губы трубочкой и негромко свистнула.

Сорокин вытянул шею и прислушался:

– Что вы делаете? Зачем?

Ульяна распахнула глаза и села.

– Не знаю, откуда это пришло. Сама удивляюсь.

– Успокойтесь, такое бывает иногда. И знаете, что я вам скажу… – Сорокин прошел к столу, взял карандаш и, покрутив его в руках, снова заговорил: – Я уверен, что все ваши проблемы, как и ваш служебный проступок, связаны с этим похищением.

– Прошу вас, не сейчас. – На этот раз Ульяна говорила другим, умоляющим тоном.

Доктор заметил:

– У нас осталось не так много времени. Всего два сеанса.

– Давайте просто поговорим, пусть это непродуктивно. – Нащупав ногами туфли, она поднялась с кушетки и села в кресло, где только что сидел Сорокин.

"– Прошу.

– Считаете, что у меня серьезные отклонения?

– Хотите начистоту? – Он бросил карандаш на столешницу. – Возьмите любого, и у каждого есть отклонения.

– Значит, это неотвратимость?

Сделав круг по кабинету, психотерапевт вернулся за письменный стол.

– Издержки урбанизации. Для оздоровления психики нужно пожить в лесу. Впрочем, так можно договориться до чего угодно.