Без чувств

— Ничего, я же буду не одна, а вдвоем ничего не страшно!

— Не спешите принимать решение, выслушайте. Если вы отречетесь от супруга, скажете перед судьями, что ничего не знали о поступках герцога, что отправились в Тропиндар, не ведая настоящей цели путешествия, то вам могут оставить статус вдовы. Тогда вы станете хозяйкой всех богатств Д*Арси. Вам не придется месить грязь, мерзнуть, голодать и работать.

— А Стефан?

— А герцога казнят, вы же не сможете считаться вдовой при живом муже? Кстати, впоследствии, если пожелаете, сможете заново выйти замуж.

Я как раз подбираю жену наследному принцу, надеюсь, вы понимаете, какие перед вами открываются перспективы? Рассказываете суду, что герцог, вернее, бывший герцог, не виноват, и оба отправляетесь в изгнание без монетки в кармане. Признаете, что ваш муж предал империю, становитесь богатой вдовой. Подумайте.

— Тут и думать нечего, — Лина встала. — Сколько у меня времени?

— На что?

— Проститься со слугами и забрать дорогие моему сердцу вещи, не переживайте, не драгоценности, — ответила девушка.

— Вы решили… Изгнание?

— Да.

— Но, почему? Обрекать себя на голод и холод, если одно слово — и у вас будет всё?

— Нет, — покачала головой Аэлина. — У меня не будет самого главного — Стефана. К чему мне богатство, если рядом не будет его? А вместе мы со всем справимся.

— Миледи, вы меня удивили, — император развел руками. — Но Стефан не ценил вас, обижал, угрожал и даже надевал рабский ошейник! Подумайте еще — он проделывал все это, зная, что вы защищены законом.

В изгнании над ним никакой закон не будет властен, он сможет сделать с вами все, что угодно.

— Да, он пугал и грозил, — согласилась Лина, — но ведь и я вела себя не самым лучшим образом. Он пытался достучаться до глупой и капризной девицы, понимаете? Вы же сами мне говорили, что не совершает ошибок только тот, кто вообще ничего не делает.

— Слишком много ошибок, не находите?

— Но он же старается их исправить! Вы говорите — не ценил, обижал, угрожал.

Всё верно! Но он еще берёг, заботился, помогал и защищал! Вы знаете, что когда магия вернулась к нему, он мог уйти порталом, но не стал этого делать, чтобы не подставить вас, не осложнить отношения между государствами? А как он бросился один в погоню, когда меня похитители лиходеи? Один — против восьмерых! И страдал от моего ошейника больше, чем я. Да что с вами говорить! — Лина махнула рукой.