Последняя жертва

И если они делали это, тогда несомненно-несомненно должна быть причина, правильно? Правильно? Это не имело смысла для нее, Лисса почувствовала как ее ноги двигались, с тех пор как она на них встала.

И несмотря на страх и смущение все еще присутствовавших в ней, она нашла свой голос необъяснимо четким и уверенным, когда он зазвенел в комнате.

""Я принимаю выдвижение"".

Глава 15

я не люблю когда Виктор Дашков оказывается прав.

Но, ох, иногда это было так.

Вместе с провозглашением Лиссы комната, ранее затаившая дыхание, словно взорвалась.

"Мне стало интересно, бывали ли вообще когда-нибудь мирными выборы в моройской истории, или просто мне так повезло наблюдать исключительно скандальные.

То, что происходило сейчас напомнило мне тот день, когда был принят закон о возрасте дампиров.

Крики, споры, люди, вскакивающие со своих мест.

Стражи, которые обычно выстраивались вдоль стен, сейчас были в центре, среди людей, и озабоченность на их лицах говорила о готовности к любым спорам, которые, возможно, могут перейти от слов к делу.

Лисса оказалась забыта с той же скоростью, с которой вдруг стала центром всего ранее.

Она села, и Кристиан снова нашел ее руку.

Она сжала ее так сильно, что я беспокоилась не нарушит ли она ему кровообращение.

Она смотрела прямо перед собой, по-прежнему шатаясь.

Ее сознание не фокусировалась на хаосе, но все, что замечали ее глаза и уши проходило и через меня.

Единственный раз, когда на моих друзей было обращено внимание — это когда Даниэлла подошла чтобы выразить Адриану свое недовольство по поводу выдвижения кандидатуры вне пределов семьи.

Он пожал плечами в своей обычной манере, а она разбушевалась, поняв, как и многие из нас, что объясняться с Адрианом — совершенно неблагодарное занятие.

Можно подумать, что в комнате, где все из кожи вон лезли, чтобы продвинуть выгодную их семьям кандидатуру, каждый человек стремился доказать, что выдвижение Лиссы должно признаться недействительным.

Однако, это не было особо важным обстоятельством, тем более что далеко не все собравшиеся были королевскими особами.

Как я уже говорила, Морои со всего света съехались сюда, чтобы стать свидетелями того, что определит их дальнейшее существование.

И некоторые из них смотрели на эту девчонку Драгомир с интересом, на эту принцессу вымирающей линии, которая, якобы, могла творить чудеса.

Они не скандировали жадно ее имя, но многие были в самой гуще споров, настаивая, что она имеет право выступить от имени своей семьи.