После

До вечера готовились, разложили все, как планировали, легли пораньше, причем на этот раз все, рискнув, а с ранья выехали на всех четырех машинах в направлении на Есеновичи.

Дотуда было около тридцати километров, но дорога такая, что еле ползли, убили часа два. Там же нашли место в лесу с густым подлеском, загнали туда уазик и «газон» , накрыли сетями, примаскировали ветками. Не думаю, что кто-то найдет, разве что медведь из любопытства укрытие разорит, их почему-то запах бензина приманивает, как народ заметил, но тут уже ничего не поделаешь.

Место выбрали не случайно, там поля широкие, можно занять позицию на опушке леса и наблюдать, чем мы и занялись. Леха на рацию сел, а остальные в прикрытие и наблюдение. Ждем, теперь просто ждем.

Бандиты вышли на связь через два с лишним часа после нашего прибытия на место. Запросили «Серого», я откликнулся. Представились «Мойкой», то есть их радист свой позывной с собой потащил, из чего я заключил, что он точно не из военных.

— Выдвигайтесь за Кожино и ждите, — сказал я. — Мы подъедем.

— Через пятнадцать минут будем там.

Появились они не через пятнадцать, а почти через полчаса, но когда появились, мы выругались почти хором. Из деревни выползли три машины, «шишига» с тентом и два БТР-60, Не пожалели резервов, похоже.

— Твою мать, — сказал я от всей души. — Твою же мать!

Как минимум шестьдесят процентов моего плана сразу ухнуло в сортирную яму.

Задача выбить остальных и захватить радиста усложнилась до невозможности. Машина со связистом не идентифицируется, а БТР или сгорит, или прорвется, если его не жечь, и просто уйдет.

— Поехали, что ли, — мрачно сказал я, поднимаясь на ноги. — Будем решать проблемы по мере их поступления.

— Первая уже поступила, — дополнил мою мысль Славян.

Мы с ним уселись в «козла», он за руль, а я за командира, остальные загрузились в зилок .