Архитектор душ

Пламя отбрасывало золотые блики на пыльную мебель, и на мгновение показалось, что дом весь вздохнул с облегчением, согреваясь впервые за долгое время.

Я повернулся к девушкам, молча сидевшим на диване и наблюдавшим за огнем.

— Кто-нибудь из вас умеет готовить?

Глава 8

Лидии повезло. Служебный вход для прислуги, обычно закрытый на электронный замок, оказался не заперт. Она не ожидала такой небрежности, но это было ей на руку. Тихо, словно тень, она проникла в дом Громова и, крадучись, стала искать его. То, что она увидела, повергло ее в шок.

Этот дом разительно отличался от того, о котором рассказывал ей Артур.

Ее покойный жених описывал особняк как место силы, где проводились закрытые вечера для нужных людей, где в кабинете за бокалом дорогого коньяка решались судьбы и подписывались лживые отчеты.

Но сейчас это больше походило на дом, который внезапно оставили, не позаботившись о порядке. Словно все люди разом исчезли, и теперь здесь хозяйничало только время."

"Но Громов был жив. и становился все более опасным.

Последние несколько месяцев, которые Лидия за ним следила, он стал замкнутым, почти не появлялся на людях, а свою работу коронера превратил в откровенный фарс. Он все чаще брал взятки за закрытие дел, штампуя вердикты о «несчастных случаях» там, где люди гибли от переработок и халатности владельцев предприятий. Там, где было явное убийство — фальсифицировалось под такие же «случайности».

Особенно Лидии запомнился случай еще при жизни ее мужа. У погибшего было двадцать восемь колотых ран.

Тот, кто это сделал, действовал наверняка. Но даже тут Громову удалось все спустить на тормозах. Никто не знал, каким образом он это провернул, но сделанного не воротишь.

Немного побродив по дому, Лидия нашла его в одной из задних комнат на первом этаже. И то, что она увидела, заставило ее замереть от ужаса.

Громов стоял в центре криво начерченного мелом круга. Вокруг него горели черные свечи, испуская удушливый сладковатый дым. На полу валялись раскрытые книги в кожаных переплетах, серебряный нож и чаша с какой-то темной жидкостью.

Оккультизм. Только этим словом Лидия Морозова могла описать увиденную картину.

Громов, сотрясаясь всем телом, выкрикивал слова на незнакомом, гортанном языке, его голос срывался, а глаза горели безумным огнем. Он был похож на сумасшедшего.

Лидия не колебалась ни секунды. Это был идеальный момент. Она бесшумно подкралась сзади, ее рука стиснула рукоять тонкого стилета. Она знала, куда бить.