Пойдём со мной, Василина

Достаточно долго, чтобы понять, что сестру я вряд ли смогу спасти, если останусь в плену, и надо выбираться, чтобы найти другой способ.

Я даже успела составить и осуществить вполне рабочий план побега… ну, почти осуществить. Всё могло бы выйти, не вернись Кайтал так невовремя. По крайней мере, я тешу себя такой надеждой.

Джуэн относился ко мне весьма настороженно, но мне удалось перехитрить более недалёкого Крама, притворившись, что мне плохо. Самый ценный товар ведь должен быть в сохранности, как сказал главный мудак.

Когда Крам повёлся и склонился ко мне, я со всей дури приложила его ладонями по ушам, как меня учил когда-то мой хороший друг Мишка. Подонок с воем вскинулся, но тут же согнулся от удара в пах. Мне осталось только добавить коленом по и так сломанному носу. И пока мудачина, мыча от боли, валялся на полу, я шустро вылетела из комнаты, в которой меня держали, и захлопнула дверь, повернув ключ, оставленный им снаружи.

Свобода была так близко. Я словно на крыльях неслась вниз по ступенькам, уже представляя, как выберусь из этого проклятого дома, и морально готовясь босиком до города добираться…

И тут входная дверь отрылась, впуская Кайтана.

Заметив меня, он сначала удивлённо вскинул брови, затем хищно улыбнулся, шагнул навстречу, а дальше… то что случилось дальше, я до сих пор иногда вижу в кошмарных снах. Может даже его стараниями – копался же у меня в мозгах, урод.

А тогда… и без того огромный мужик внезапно стал казаться ещё более громадным, а на его коже начала проступать сетка светящихся линий, похожих на сосуды.

Где-то наверху громыхнула выбитая Крамом дверь, выбежал откуда-то Джуэн, но всего этого я не видела и не слышала, способная только мечтать о прекращении пытки.

– Я смотрю, ты не поверила мне, строптивая девчонка? – почти ласково поинтересовался Кайтан, подтягивая меня ближе прямо так, в воздухе, пока моё лицо не оказалось совсем рядом с его.

И в доказательство его слов, меня выгнуло дугой от нестерпимой пытки. Я буквально чувствовала, будто каждая моя клеточка в адском огне сгорает.

–  Но нам ведь не нужно, чтобы ты сошла с ума от болевого шока, – растянул он губы в бездушной улыбке.