Погружение в отражение

– Ну а то! Не нашлось дураков орать: «Старцева, ты ошиблась! Пересмотри!» Наоборот, все были очень рады, кроме эксперта, который проявил себя паникером, увидевшим преступление там, где его нет. Но я не остановился на достигнутом, а осторожненько прощупал оперов, которые вместе со мной работали по делу, и один из них вспомнил интересную деталь: неподалеку от пустыря, где обнаружили тело, находится большой родильный дом, и на проходной там сидит вахтер. Работа у него, как ты понимаешь, не особенно напряженная, основные трудовые обязанности – глазеть по сторонам, так вот он в вечер убийства заметил машину, которая ехала в направлении пустыря, и глубоко задумался, какая у водителя могла там быть цель в такое темное время.

И запомнил номер тридцать семь – ноль ноль, поскольку это оптимальный вес для их продукции, то есть для новорожденных.

– Ага, и что дальше?

– Опер тогда сообщил эту информацию следователю и благополучно отбыл в очередной отпуск.

Ирина заглянула в духовку.

Сыр на бутербродах уже размяк, оплавился, даже потек, под ним отчетливо обрисовались контуры помидорных кружочков. Готово. Она достала противень и аккуратно переложила угощение на блюдо.

Как ни хотелось ей узнать, что было дальше, Ирина позвала сына, чтобы попил вместе с ними чаю.

В присутствии ребенка не годится говорить об убийствах, поэтому Сева рассказывал Егору, как поживают их с Аней дети, что поделывают, во что играют и как было бы хорошо им вместе поиграть.

Через пятнадцать минут Егор ушел к себе, и Ирина гордо улыбнулась, мол, смотрите, какой у меня деликатный и воспитанный ребенок.

Понятно, что на отдыхе оперативник о работе старался не вспоминать, да и вообще не царское это дело – проверять за следователем. По возвращении на службу на него свалился такой ворох дел, что он и не вспомнил о том эпизоде, и удивительно, что сейчас это всплыло в его памяти.

– А ты еще что-нибудь выяснил?

– А я на всякий случай поднял дело из архива и убедился, что там ни малейшего упоминания ни о стороже, ни о машине.

Ничего удивительного в принципе в этом нет, пачку сигарет, на которой мой товарищ записал данные вахтера, в дело не подошьешь, а когда Ижевский получил заключение судмедэксперта, то какой смысл дергать деда и запрашивать ГАИ, если смерть не криминальная?

– А ты…

Сева засмеялся:

– Запросил.

– И где?

– В Караганде.

– Сева!

– Ладно, знай мою добрость.

Он достал из кармана мятую бумажку.