Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!

— Ничего там про Нарыва неслышно? — Спросил Ваня Белоус, топающий старшим Наряда.

Его верный Ворон бегал вокруг. Ваня спустил собаку с поводка и тот старательно обнюхивал пограничную тропу, КСП и все близлежащие кусты, что попадались ему на пути.

За Белоусом шел я. Дальше в колонну по одному следовали остальные трое пограничников: Клим Вавилов, Богдан Семипалов и Ильяс Сагдиев.

Мы следовали дозором по правому флангу. Прошли скалистую часть, у самого берега Пянджа. Дальше пограничная тропа уходила вверх, где тянулась система.

— Слышал, собирается возвращаться. Вроде как комиссию прошел, — ответил я.

— Быстрей бы, — задумался Ваня, — без него сложновато.

— А будет еще сложнее. И веселее, — сказал я.

— Эт ты про Тарана с Пальмой? — Обернулся Ваня и поправил автомат на плече.

— Ну. Будут все отделение наше мурыжить, как он завтра в отряде во всем признается.

— Ну да… — вздохнул Белоус. — Надо признаваться. Кутята-то растут. Глаза уже пооткрывали.

Дальше шли в молчании. Ворон мелькал туда-сюда черной тенью.

Когда подбегал к реке, Ваня тут же одергивал пса, ругал. Приказывал вернуться.

Быстро смекнув, что к Пянжу ему лучше не соваться, Ворон принялся обследовать кусты, растущие немного впереди, под скалами, что распростерлись по левую руку.

Когда пограничники, растянулись в редкую цепь, а мы с Белоусом немного оторвались вперед, Ваня сказал мне:

— Саш, а ты про Вавилова слышал?

— А кто ж про его отца не слышал?

— Да нет. Я не про то, — обернулся Ваня.

Я не ответил ему, только вопросительно приподнял бровь.

— Семипалов же с Климом хорошо дружит, — начал Белоус, — Вот Богдан мне и шепнул сегодня, что недобрые у него мысли относительно своего друга.

— Какие же?

— Да такие… Плохие, в общем-то.

— Ему кажется несправедливым, что отца не меняют, — сказал я. — Понять можно.

— Таран его к себе вызывал. Убеждал, что начальство договорится. Что все хорошо будет, а тот сидел, как воды в рот набрал да молчал.

Я снова не ответил, переступая большие камни, которых было в избытке на берегу горной реки.