Почувствуй это снова

– Проведала твою бабушку, купила фрукты и пирожные. Не знаю, что ей можно, взяла на удачу. Вроде понравилось.

– Спасибо. Продукты все есть, ей по большей части скучно. Полагаю, она была рада компании. Завтра мне весь мозг вынесет.

Он выглядит уставшим.

– Почему?

– Потому что это бабуля, – неопределенно пожимает плечами.

– А–а–а. Ну, мне пора, – говорю бойко.

– Давай отвезу. Я на машине.

– Нет, что ты! Я сама.

Он идет в мою сторону, я быстро вперед, к пуховику и ботинкам. Мы минуем друг друга, я в этот момент задерживаю дыхание.

Начинаю быстро обуваться. Его голос прокатывается по коже:

– Тогда вызову такси. Уже поздно.

– Ничего страшного, доберусь сама.

– Блть, Юля! – он разводи руками.

– Ладно, вызови. Раз уж ты меня преследуешь. – И добавляю: – И раз уж мы пока еще друзья.

В ответ то ли хмыкает, то ли усмехается. Не очень понимаю, как себя вести и чувствовать.

Прислоняюсь спиной к стене. Запрокидываю голову и жду, пока он тычет на кнопки в приложении. Здорово было бы сообщить сейчас, что долго ему еще платить алименты, отличный момент, но я настолько сильно злюсь, что не могу с собой справиться.

– Ждать семь минут. Побудь тут, на улице дубарина. – Он прислоняется плечом к стене и опять палит. Не отрываясь. Аж кожу покалывает.

Расстегиваю пуховик и стягиваю шапку.

– Да, заметила. К ночи значительно похолодало.

Смотрю на носки ботинок, Матвей, кажется, по–прежнему на меня. Не знаю, не уверена, ощущаю так почему–то. Если Люба реально всё это чувствовала рядом с ним четыре года, то она чертов монстр! Меня едва хватает на пару минут. Сердце колотится, нестерпимо хочется закричать.

Матвей вновь нарушает молчание:

– Как дела?

– Хорошо. Как у тебя?

– Тоже.

– Как работа? Была у Любы сейчас, она поделилась, что у тебя проблемы.

– Небольшие. Уже разруливаю.

– Не знала.

– Я никому особо не рассказывал. Как–то всё навалилось в ноябре... Хм, что она еще тебе сказала?

– Похвасталась кулоном. Но это не тот, что мы выбирали. – Опаляю его самой лучезарной улыбкой из арсенала имеющихся. – Ты не переживай, я тебя по–дружески прикрыла.