По зову сердца

–Моя дева будет! Как хошь, а моя! А тебе старый валенок она не достанется!

–Ах ты засранец! Ну погоди уже, домой вернёмся я с тебя задор сниму, – Вилхелм хотел ещё раз заехать по уху ретивому молодцу, но тот ловко увернулся.

–Вот ведь ловкий паршивец, – выругался мужчина.

–Да бросьте вы серчать на него, – чуть заигрывая, произнесла девушка.

–Разве я сержусь, – неожиданно хохотнул Вилхелм, – поганец весь в меня! Раз глянулась ты ему прекрасная дева, так теперь он не отстанет! У него глаз верный, с первого взгляда тебя ухватил, пока другие олухи соображали.

–Как же... – промямлила Мируна.

–Ну давай, иди-ка ты в тепло, а то ишь выскочила, нечего мёрзнуть, давай, давай, слушайся отца мужа, – и прихлопнул её по заду.

–Но как же...

Молодого ледяного придерживали свои, пока он рвался отцу руки оторвать, а Вилхелм уже запихнул девушку в домик и присоединился к работе.

Лошадей выпрягали и собирались сопроводить их обратно к стене. Один из охотников приманивал лутов, чтобы впрячь их. Ребята примерялись к фургонам на случай, если придётся их тащить вручную.

–Идут, – коротко крикнул один из ледяных и все отошли в сторону.

Луты очень коварные и умные животные. На них давно уже никто не охотился, зато луты любили выследить охотников, подождать, когда те удачно поохотятся и отнять добычу.

Делали они это очень хитро и умело.

Самки лут могли отвлечь людей соблазнительными следами любого животного, как будто те пробежали вот прямо сейчас и надо срочно бежать за ними или наоборот прятаться, а самцы здорово нагнетали обстановку смены погоды.

Во всех случаях людей качественно дурили и отвлекали от туши, а когда те начинали подозревать, что их разводят, то добычи уже не было.

Лутов считали магическими животными и последнее время старались добровольно делиться с ними трофеем, если догадывались, что они рядом.

Приходила вся семья, а подходил близко всего один лут и съедал предложенное, потом он с любопытством смотрел, как на него накидывают крепления и толкают вперёд.

Зверь прекрасно понимал, что выполняет работу и часто останавливался, считая, что настало время подкормить его или семью.