По ту сторону жизни

И хоть не горит еще, но уже, кажется, тлеет…

* * *Идёт этап в черных ватниках, как змея по дороге извивается, с двух сторон конвой с автоматами, болтающимися на боках, овчарки злобно лают на поводках, кидаются, норовя вцепиться в ляжку позади идущих – привычная для этих мест картина.

– Шире шаг, чего спите на ходу?!

Хотя зэки идут ходко, никто не отстаёт, не падает от истощения, не видно среди них доходяг и лица довольно гладкие.

– А ну, шевелись, уроды!

– Куда гонишь, начальник, осади, люди не лошади.

– Кто сказал?! – Шарит конвой глазами по лицам, но разве поймёшь, кто крикнул? Все зэки на одно лицо, все небриты, серы и злы.

– А ну подтянись! Шаг вправо-влево считается побегом, конвой стреляет без предупреждения!

Только куда здесь бежать – тайга кругом на сотни километров.

Топают зэки. Что их там, за поворотом, ждёт – кто знает…

Пришли, лагерь обычный – колючка да бараки. Только что-то зэков не видать, или они на общих все?

– А ну, сядь!

Присели зэки привычно на корточки, руки вперёд выставив.

Из лагеря, от ворот, офицер идёт. По походке, по манерам «Кум», ну, точно – «Кум», вон как по лицам взглядом шарит. Выделил, вычислил, кто здесь в авторитете, а может, знал заранее.

– Ты, ты и ты – на месте. Остальные шагом марш.

Потянулась колонна в лагерь, как змея в нору.

– Вы за мной.

В штабе, в кабинете, разговор пошёл свойский.

– Курите, – пододвинул «Кум» пачку папирос.

– Чего надо, начальник?

– Мне ничего. Вам знать надо, куда вы попали. Вы – воры, а тут зона сучья…

Переглянулись тревожно воры – на сучьей зоне им не жить.

– Так тут же карантин, начальник. Мы таблички читали.

– Ну да, карантин, только сучий. Был для всех, только воров порезали. Так что, милости прошу.

Переглядываются воры, не понимают, куда «Кум» клонит.

– Зачем сказал, начальник?

– Предупредил. Мне лишняя резня на зоне ни к чему…

А вот тут врёт гражданин начальник.

– В общем так, – чешет затылок «Кум».