Плохие девочки не плачут. Книга 3

В том счастье, которое не требует жертв, не выдвигает разумных компромиссов, случается само собой. Без него не бываем сыты, не ведаем блаженного покоя, не обретаем ровным счетом ничего. Не существуем."

"Одни продолжат исправно трудиться по рабскому графику, будут довольствоваться иллюзией независимости, хвастаться новыми полезными приобретениями. Будут кричать о защите прав или молчать в тряпочку, мнить себя непризнанными гениями или не станут особо задумываться. Будут пешками для других. Тех, вроде бы, влиятельных, очень могущественных, однако запертых в клетке собственного шахматного поля.

Интересно, сколько нужно затрещин? Сколько нужно пинков судьбы?

Чтобы очнуться от спячки, чтобы, наконец, осознать.

Внешность не имеет значения, модные прибамбасы и деньги — также не важны. Не важна даже способность оторвать зад от дивана и развить бурную деятельность по достижению цели.

Счастливые люди не играют в игры. Не следуют правилам, не носят кандалы.

Они свободны.

***

Жизнь удивительно смахивает на покер.

Кто-то стабильно лажает, тщетно надеясь заполучить роял-флеш. А кто-то умудряется срубить большой куш, владея лишь парой двоек.

Just a matter of choice. (Просто вопрос выбора.)

Потерять остатки воли, перечеркнуть прошлое, выбросить собственные планы на помойку, отказаться от друзей и семьи, от привычных атрибутов уютной повседневности, от шанса познать материнство.

Но роял-флеш, тьфу, фон Вейганд стоит того.

Стоит же, да?

Пока тасуется колода, ты не догадываешься о тяжести последствий, не подозреваешь о той боли, через которую придется пройти, не понимаешь, чем надо пожертвовать ради мечты.

Хоть бы повезло, дай мне чертову карту!.. Опять в пролете. Вот дерьмо. Ну, ничего, обязательно сработает потом.

Наверное, никто не поверит, что, несмотря на преграды и трудности, путь к цели гораздо легче и приятнее, чем наслаждение этой самой целью. Что некоторым мечтам куда лучше оставаться мечтами, а не обращаться в суровую реальность.

Рыдания на исходе, чаша выпита до дна, суть иссушена. Липкий влажный пепел замерзает на устах. Стопы стерты в кровь, изувечены костяшки пальцев, белеют сквозь истерзанную плоть, оттеняются свежим мясом.

В ушах все еще звучит скрежет скрещенных мечей. Жутко дышать, боязно шелохнуться, нарушить драгоценный миг, рассеять призрачный мираж.