Плохие девочки не плачут. Книга 3

)

— I am sorry but I can’t stop being myself. (Простите, но я не могу прекратить быть самой собой.)

Однако не скрою — чертовски хотелось бы.

— You don’t have to be nice to me, (Вам не нужно быть милой со мной,) — отмахивается леди Блэквелл. — There is no need to find right words in attempt to calm down an old and crazy lady. (Нет необходимости подыскивать правильные слова в попытке успокоить старую и сумасшедшую леди)

— I… I don’t take it as a necessity, (Я… я не воспринимаю это как необходимость,) — бормочу не слишком внятно.

День сегодня такой, что ли? Разрешите осведомиться, какая скотина организовала мне препаршивейший гороскоп? Где эти проклятые звезды сошлись в непредназначенных местах?

Дичайший стресс от вращения среди элитных кругов, знакомство с опасным и жестоким Кристофером Дитцем, кровавый фонтан, прояснение истории с запиской, обнимашки фон Вейганда с Фортуной. А теперь в довершение банкета странные откровения о призраках и смерти.

Подобные излияния провоцируют интенсивные алкогольные возлияния, не иначе.

Но дамочка не выглядит пьяной, членораздельно произносит:

— Thank you. (Спасибо.) But you have no idea whom you are trying to help. (Однако вы понятия не имеете о том, кому пытаетесь помочь.)

— Every person deserves some help. (Каждый человек заслуживает немного помощи.)

Разве нет?

— I wish I could be so confident, (Хотела бы я быть так же уверена,) — от ее усмешки даже на моих губах появляется отчетливый привкус полыни.

Сколько же всего она успела натворить, если сама себя простить не способна.

За обликом железной леди скрывается нечто большое. Быть может, душа. Быть может, суеверная боязнь неминуемой расплаты в час страшного суда. Не знаю, что там притаилось, и навряд ли пожелаю узнать. Это давит на расстоянии, высасывает последние остатки веселья и однозначно удручает.

— I hope we don’t interrupt an important talk, (Надеюсь, мы не прерываем важный разговор,) — говорит Дитц.

Хозяин вечера появляется в компании с неизвестным мне гостем. Впрочем, я толком ни с кем не знакома, поэтому не пристало удивляться.

Однако же костюм нового персонажа выделяется среди множества увиденных мною.

Черная ряса вроде тех, которые носят священники, на груди вышит крест. Присмотревшись внимательнее, понимаю, все гораздо сложнее: основной рисунок формируется из множества неведомых символов. То ли буквы заморского алфавита, то ли специальные знаки. Я больше не уверена, что это, вообще, крест. Сильнее всего впечатляет маска незнакомца.