Плохие девочки не плачут. Книга 3

— Потом делай выводы.

— Название — половина успеха, — заявляю авторитетно. — И знаешь, с таким названием эту твою книгу никто даже не откроет. Весьма банально и посредственно. Разочаровываешь раз за разом. Когда исправляться собираешься?

— Однажды я прочел твой дневник, — говорит фон Вейганд. — Теперь настал черед вернуть долг.

— Ты правда… — запинаюсь. — Сам написал? Без помощи? Без дополнительной поддержки? Даже не нанял литературных негров?

— Лора, — улыбается. — Читай.

Отходит, занимает кресло напротив, располагается в удобной позе, наблюдает за мной исподлобья.

Скалится. Глазами сверкает. Ну, прямо мороз по коже. Как в наши лучшие времена.

Эх, тряхнем стариной?

— Тут довольно много страниц, — пролистываю и обалдеваю, пораженно присвистываю, уточняю: — Дохрена страниц. Еще и от руки написано. Кстати, почерк улетный. Мои жалкие каракули даже рядом не стояли.

Молчит. Не желает тишину разрывать.

— Я сразу должна прочесть? — напрягаюсь. — Предлагаю растянуть на пару дней.

А может, на неделю? Посмаковать, продлить удовольствие. Ибо не каждый день парни вроде тебя выдают личные мемуары для прочтения.

Тишина. Нулевая реакция. Как бы намекает — действуй. Кончай болтать. Берись за прочтение.

Начинаю. Крадучись. С явной опаской. Осторожно. Зажмурившись. Прикрыв веки. Страшусь лишнее прочесть. Разрушить любимый образ.

Молчание украшает мужчину. Вот реально. А то как залезешь в мысли, как сорвешь тайные покровы, а там одни сопли и слюни, пошлость и примитив, жажда траха и тотальное отсутствие мозга.

Даже непонятно, как человек империю в своих руках удерживает. В голове-то исключительно влажные фантазии.

Но здесь меня затягивает с первой строчки.

Я цепенею. Холодею. Леденею. Раскалываюсь на фрагменты и заново воедино собираюсь. Гневаюсь. Страшусь. Пугаюсь. Губы кусаю, ногти грызу. Нервно перелистываю страницу за страницей, жадно впиваюсь взглядом в четко выведенные строки. Содрогаюсь. Стыну, стужей скованная. И сгораю от одержимого жара.

Подрагиваю. Поджимаю ноги к груди. Обнимаю себя. Не могу сдержать слезы. Рыдаю. Захлебываюсь. Задыхаюсь. Закипаю от возмущения. Но продолжаю. Читаю дальше. И дальше. До последнего, раздирающего душу и тело на части слова.

— Алекс, это… — запинаюсь, враз отчаявшись подобрать верное определение, рефлекторно признаю поражение. — Это просто…

— Нужно сжечь дотла, — выдает с дьявольской усмешкой. — Уничтожить сразу после прочтения.