Плетущая

Морана пообещала отвлекать царя и царицу. Сможет ли серп причинить незнакомцу хоть какой-то вред? Ена задышала тяжелее, не в силах принять верного решения, каждая попытка нападения и бегства в её разуме заканчивалась её собственной свёрнутой шеей. Этот молодой мужчина оторвёт ей руки и ноги с той же лёгкостью, с которой он, наверное, отрывает ножку у зажаренного цыплёнка.

Хотя откуда в нём такие силы? Ростом выше Ены головы на полторы, разворотом плеч не уступал Зорану, и всё же казалось, что есть в нём нечто юношеское.

Девушка дёрнулась, испугавшись. На лице юноши отразилось недоумение. Он застыл и протянул ей руки с нитями медленнее, осторожнее, без резких движений.

– Это… мне? – пересохшими губами уточнила Ена.

Он кивнул.

Ена аккуратно забрала переданные нити Мокоши и с трудом затолкала в самый большой карман плаща.

– Спасибо, – прошептала она.

Юноша снова кивнул, его губы растянулись в лукавой улыбке. Он повторно приложил палец к своим губам и отступил в сумрак, растворившись в нём. Ена ещё какое-то время таращилась на то место, где мгновение назад стоял незнакомец, но затем вздрогнула, очнувшись, и извлекла из кармана второй клубок, мечтая поскорее убраться из этого места.

Брошенный красный клубок подпрыгнул пару раз от пола и стремительно покатился прочь, избегая наростов кристаллов. Ена как можно тише побежала за ним, пересекая новые, не виданные ранее роскошные залы.

Ена опять запыхалась, едва поспевая за неугомонным клубком, впереди послышался шум драки, и она нашла в себе силы ускорить бег. Расслышав крик Мораны, девушка выхватила свой серп и не раздумывая ворвалась в золотой, украшенный хризолитом зал.

Седобородый мужчина в сверкающем кафтане рухнул на колени, он хрипел, держась за горло, пока из его рта обильно сочилось что-то чёрное, отдалённо напоминающее кровь. Ену замутило от вида отрезанного золотого языка на полу. Женщина в золотых одеждах отбросила Морану на гору блестящих монет и с искажённым от ярости лицом обернулась к Ене. Девушка едва успела увернуться от полетевшего в неё драгоценного кубка.