Пламя и кровь

В Староместе им, без сомнения, удастся убедить верховного септона самолично благословить королевскую чету, а лорд Лионель и леди Саманта будут только рады показать королю, что их город великолепием своим превосходит Королевскую Гавань. «Такой поездки в королевстве уже сто лет не видели, – сказал королю великий мейстер. – Весна – время новых начинаний, и это путешествие воистину ознаменует начало вашего царствования. По всему государству, от Дорнских Марок до самой Стены, люди смогут увидеть своего короля с королевой».

Торрхен Мандерли был того же мнения. «Парню будет полезно на время уехать из этого треклятого замка, – сказал он (Гриб слышал это своими ушами). – Поохотится, полазит по горам, порыбачит на Белом Ноже, на Стену посмотрит. Пиры каждый день – может, хоть так у мальчишки немного мяса на костях нарастет. Отведает пива, что варят на Севере, – оно такое густое, что его мечом резать можно, и тоже полезное».

Приготовления к совершеннолетию короля и большому королевскому путешествию занимали все время десницы и регентов.

Приготовления велись и утром в день совершеннолетия короля. Вечером в тронном зале должен был состояться роскошный пир, а древняя Гильдия Алхимиков пообещала устроить доселе невиданный фейерверк.

Однако, когда король Эйегон вошел в зал совета, где лорд Торрхен и регенты обсуждали, стоит ли включать в королевскую поездку Тамблетон, было еще утро. Короля сопровождали четверо гвардейцев и безмолвный Сардок-Тень с покрытым вуалью лицом и мечом в руке. С его появлением присутствующих охватила тревога, и даже Торрхен Мандерли на мгновение потерял дар речи.

«Лорд Мандерли, – раздался в наступившей тишине голос короля.