Пламя и кровь

«Тем больше причин поженить их», – настаивала королева. Но Визерис с нею не соглашался и говорил Стронгу: «Она просто хочет видеть на троне родного сына».

В конце концов король и совет согласились с тем, что наилучшим выбором будет Лейенор Веларион, кузен Рейениры. Хотя Большой совет в 101 году и отвел его, он оставался внуком светлой памяти Эйемона Таргариена и правнуком Старого Короля. Такой союз объединял две линии рода Таргариенов и обеспечивал Железному Трону дружбу Морского Змея с его сильным флотом.

Препятствие существовало только одно: Лейенор, девятнадцати лет от роду, до сих пор не выказывал интереса к женщинам, предпочитая общество пригожих оруженосцев, своих ровесников.

Мнения принцессы не спрашивали, но она, как и ее отец в свое время, имела свои виды на собственный брак. Лейенор, о котором она многое знала, ни в коей мере ее не устраивал. «Мои полубратья ему больше пришлись бы по вкусу», – говорила Рейенира отцу (она никогда не называла сыновей Алисент просто «братьями»).

Далее опять следует расхождение. Евстахий говорит нам, что в ту же ночь сир Кристон Коль пробрался в спальню принцессы, чтобы признаться в любви. Он говорил, что в заливе ждет корабль, и умолял ее бежать с ним за Узкое море. Они поженятся в Тироше или Волантисе, где гнев короля не достанет их и никому не будет дела до обетов рыцаря Королевской Гвардии. Он так хорошо владеет мечом и палицей, что без труда наймется на службу к кому-нибудь из торговых магнатов. Но Рейенира ответила «нет».

Гриб рассказывает об этом совсем иначе: это принцесса-де пришла к сиру Кристону, а не он к ней. Застав его в башне Белого Меча одного, она заперла дверь и сбросила плащ, оставшись нагой. «Я сберегла себя для тебя, – сказала она, – возьми же мою невинность и убедись в силе моей любви.