Пламя и кровь

"

"Джейехерис объявил о созыве Большого совета, коему и предстояло решить вопрос о наследнике Железного Трона. На совет приглашались все великие и малые лорды Вестероса, а также мейстеры Цитадели и представители Веры. Каждый из претендентов мог изложить перед ними свое дело, и король заверял, что согласится с любым решением.

Совет решили собрать в Харренхолле, самом большом замке Вестероса. Никто не знал, сколько в точности лордов прибудет, поскольку раньше ничего подобного не устраивалось, но предполагалось, что их будет не менее пятисот.

На деле лордов набралось больше тысячи; съезжались они около полугода, а некоторые приехали, когда совет уже начался. Даже Харренхолл не вместил их всех, ибо каждого сопровождали рыцари, оруженосцы, грумы, слуги и повара. Таймунд Ланнистер, лорд Бобрового Утеса, привел с собой триста человек, а Маттос Тирелл из Хайгардена, чтобы не ударить лицом в грязь, взял пятьсот.

Знатные мужи ехали со всех концов Семи Королевств: с Дорнских Марок, из областей, граничащих со Стеной, с Трех Сестер и Железных островов, с Тарта и Одинокого Света.

Из Винтерфелла приехал лорд Эллард Старк, из Риверрана – лорд Гровер Талли, из Долины – Йорберт Ройс, регент малолетней леди Орлиного Гнезда Джейны Аррен. Даже принц Дорнийский прислал свою дочь с двадцатью рыцарями в качестве наблюдателей. Сам верховный септон прибыл, чтобы благословить собрание. К Харренхоллу сотнями стекались купцы в надежде на выгодный торг, межевые рыцари в надежде наняться на службу, воры всех мастей в надежде на поживу, женщины всех возрастов в надежде найти себе мужа. Прачки, шлюхи, певцы, скоморохи валили со всех сторон света. Шатры, поставленные под стенами замка и на берегах озера, тянулись на многие лиги, и городок Харрентон сделался четвертым по величине городом Вестероса, уступая лишь Староместу, Королевской Гавани и Ланниспорту.

Лорды рассмотрели и отвергли не менее четырнадцати заявок. Из Эссоса приехали целых три претендента – внебрачные сыновья принцессы Сейеры от разных отцов.

Говорили, что один из них – вылитый король в юности. Другой, сын волантийского архона, привез с собой мешки золота, карликового слона и щедро одаривал тех лордов, что победнее. Сама тридцатичетырехлетняя Сейера, безбедно живущая в Волантисе, имела на престол куда больше прав, чем ее бастарды, но претензий не выставляла. «У меня здесь свое королевство», – отвечала она, когда ее спрашивали, не хочет ли она вернуться домой.