Пламенное сердце

– Точно! Но как я уже говорил раньше, невозможно выигрывать постоянно. Когда-нибудь да поскользнешься. На мелочах.

Я напустил на себя непроницаемый вид и притворился, что занят трехцветной кошкой, мурлыкающей у меня на коленях. Мелочи. Вроде секса в машине. Или ночевки в неподобающем месте. Или поиск меня в ломбарде. Или любой другой вещи, которую сможет обнаружить соглядатай алхимиков. Мы начинали все с добрыми намерениями, но Маркус прав. Мы сделались беспечны. Подняв голову, я увидел, что Маркус таращится на меня своими ярко-голубыми глазами.

– Ты можешь забрать ее отсюда? – спросил я.

Маркус кивнул.

– Ладно.

– Куда ты ее увезешь?

Западная Вирджиния. Рим. Новый Орлеан.

– Куда-нибудь, где она и дальше могла бы приносить пользу, но чтобы ей ни причинили вреда. – Маркус помолчал. Я понимал, что он действительно беспокоится о ней и о других своих рекрутах. – А она согласится?

– Да, – твердо произнес я, не желая упоминать о том, как нелегко будет уговорить ее бежать.

Маркус задумался, потом взглянул на мобильник.

– И где она? Мне до ужаса охота поскорее разузнать побольше об этих чернилах.

Я тоже проверил время. Сидни опаздывала на пятнадцать минут. Я не мог припомнить ни единого случая, чтобы Сидни куда-либо опоздала. Я взялся за телефон, подумал над нейтральным сообщением и написал: «Все нормально?» Ответа не последовало, и я решил, что это добрый знак.

– Она, наверное, едет, – сообщил я Маркусу. – Она никогда не отвечает на смс за рулем.

Он хотел узнать про чернила, так что я постарался изложить ему суть, не упоминая про то, что Сидни использовала магию. Геологические подробности я помнил плохо, но Маркус все равно ими заинтересовался, равно как и новостями о вакцине от стригоев.

Когда прошло еще пятнадцать минут, я занервничал. Я позвонил Сидни, зная, что в машине она пользуется блютузом. Но мне ответил автоответчик. Маркус пристально взглянул на меня.

– Адриан, что происходит? – спросил он.

– Понятия не… погоди!

Мы прислушались к шуму подъехавшей машины. И почти сразу же застучали в дверь. Я немного удивился: почему Сидни не открыла дверь сама? Джеки поспешила на шум, но я оказался у двери первым…

И обнаружил за ней Эдди.

Одежда его была изорвана и испачкана, а правая щека покраснела и распухла. Взгляд у него был полубезумный – я никогда прежде не видел Эдди в таком состоянии.